Меня позабавило то, что мальчик перестал бояться матери. Раньше он благоговел перед ней, выполнял любую прихоть.
Женщина протянула мне пакет с печеньем, мило улыбаясь во весь рот:
- Держи, моя хорошая - меня обдало радостным дуновением, но в ту же секунду я остепенилась.
- Нет, нет. Я не могу это принять…Вы же знаете, что я не смогу … - она резко, но с нежностью матери обхватила мои плечи, взглянув мне в глаза - Пообещай мне, Миранда, что ты никогда мне не будешь ничем обязана - её писклявенький голосок превратился в сталь. Я же восприняла всё как шутку и усмехнулась, отводя взгляд в сторону. Она не была удовлетворена таким ответом, поэтому аккуратно тряхнула меня - Пообещай
- Обещаю, обещаю - сжимая губы в тонкую полосочку, чтобы не засмеяться, протараторила я. Не понимаю почему она восприняла это столь серьёзно.
- Пойми, милая, что эта мелочь ничего не стоит. Я хочу тебе только добра и готова помогать, чтобы не происходило - в голосе была слышна дрожь, а руки впились мне в плечи так, что я невольно почувствовала боль.
- Тем более, что Энди нельзя сладости. Так что я буду даже рада, если вы их заберёте - отпустив руки, сказала Мисс Вернер. Резкие перемены настроений ей не свойственны, поэтому я с удивленным взглядом решила вернуться к Бену. Думаю напряжения в её жизни хватило, чтобы страдать такой переменчивостью.
- Спасибо – смягчила я голос.
Мы вышли на крыльцо, и я уже собралась пуститься в бег вновь, как она произнесла:
- Это меньшее, что обещано твоей матери - утирая слезу краешком передника, под нос произнесла она.
Я опустила глаза и несколько раз кивнула в знак благодарности.
Стоило мне только спуститься, как она окрикнула меня и быстро приблизилась ко мне.
- Миранда, я не видела мисс Корен уже несколько дней. С того утра, как последний раз я её видела, она мне так и не отдала мои серёжки с топазами. Не могла бы ты аккуратно намекнуть, чтобы она вернула мне их в скором времени. Они представляют для меня огромную ценность. Это подарок, который я полу… - не успела она договорить, как я её бесцеремонно перебила.
- Какие серёжки? Когда? - хотела я предупредить мисс Винер, что сиделка Бена пропала с того утра. Но вопросы выпали сами собой
- Я думала ты знаешь о её встрече - на последним слове мисс Винер повертел своими пухлыми ручками, как фонариками.
- Так что за встреча? - допытывалась я , переминаясь с ноги на ногу, вспомнив, что меня ждет Бен.
- Она вроде говорила мне о встрече, которую ждала чуть ли не год. Сказала, что это единственная возможность расслабиться и пожить для себя. Она не вникала в подробности, но всегда использовала в своей речи вариации местоимения «он»: он меня не забыл, я брошусь к нему. Я была так обескуражена и счастлива за неё, что без всяких вопросов отдала ей свои серёжки - надув пухлые губки, пересказала мне ситуацию мисс Винер.
- Я поняла. Не переживайте, мисс Винер, верну я вам сережки - пообещала я и бросилась домой.
***
Стоило мне войти в дом, как я услышала кряхтение, как будто покашливание. Я выдохнула и перевела дух, ведь узнала в этом смех Бена. Мой день всё становился лучше и краше. Я хотела отблагодарить Бена, поэтому метнувшись на кухню, сразу начала приготовления к нашему утреннему чаепитию.
- Бени, что такого смешного случилось пока я отсутствовала? Расскажи, пожалуйста - мягким голоском поинтересовалась я у братика.
Он начал мне рассказывать, растягивая слова. Из-за особенности Бена рассказ его, который человек в здоровом состоянии может рассказать за пять минут, вышел на десять с лишним минуток. Меня это ни чуть не удивляло, да я и, по правде сказать, не замечала уже этого. Мне нравились истории Бена, которые он так виртуозно сочинял и рассказывал мне. Несмотря на узкий его жизненный опыт, истории были красочными. Одно мне нравилось в них больше всех: рассказы были наполнены надеждой на будущее.
В одном из таких рассказов был диалог, запомнившийся мне (вели его два существа, живущие, насколько я помню, на Марсе. У них не было оболочки, и поэтому принимали любую форму.): « Я уверен, что каждый с начала существования имеет право на будущее. Ведь так? - спросил второй «пришелец». На что первый ему с твёрдостью ответил:
Да, но и у каждого есть обязанность: создавать это будущее самому.» )
Пока Бен доходил до концовки, я разложила на столы наши угощения и заварила чай.
Не хватает живой музыке и день можно считать самым удавшимся. Как только я об этом подумала, так сразу за окном появилось пение. Это были чудесные, тонкие, наполненные радостью звуки. Трели разносились в пространстве кухни, как весенние ручейки. Маленькая птичка с ярким оперением на крыльях присела к нам на окошко и с любопытством наблюдала за нашим чаепитием. Она вертела головушкой, пытаясь рассмотреть нашу комнату. Бен резко умолк и постучал по моей руке. Я осознала затею брата, но не решалась вновь поднимать такой груз. Пересаживать на коляску - это одно дело, а дойти до окна - достаточно непростая задача. Видя легкое разочарование на лице брата, я не смогла отказать ему. Встав и размяв не много руки, я аккуратно подняла Бена, пользуясь той же самой расстановкой рук. Меня поразило рвение брата и одновременно с этим вдохновило. Я уже не чувствовала физической ломки и ощутила легкость, сосредоточившись на птичке. Мы дошли до распахнутого окошка. Я опёрлась на столешницу, а другой рукой придерживала Бена. Он делал то же самое. Он протянул маленькому созданию кусочек печенья, который так ревностно держал в руке, в надежде на то, что птичка ответит ему взаимностью, взяв этот гостинец. Осенние лучи тёплого солнышка освещали лицо Бена, делая его незабываемо красивым. Рыжие волосы горели как лёгкое пламя, а веснушки походили на снежинки, только осенние, украшавшие его милое выразительное личико. Маленькая щебетунья приняла подарок и улетела. Мы бы проследили её полет, но Бен почувствовал, что мои ноги немного подкашиваются.