Резко отстранившись, я прошла к столу, где сидели две болтуньи. Я удостоверилась у девушек, что им ничего не нужно, и заметила отсутствие Кириллы. Почувствовав, как плечи сжались, я немедленно их расправила, увидев небольшую группу людей. Довольно странный факт, что я была в зале одна официантка, но меня это не пугало. Я подошла к компании из шестерых человек, приняв с радостью заказ. Моя работа отвлекала от насущных проблем, уносила в другой мир, где моя забота - это обслуживание клиента. В такие моменты я была абсолютной эгоисткой: меня не волновала ничья судьба, ни жизнь. Я жила именно этой минутой, именно этой работой, каждый раз возвращаясь к Бену. Только его жизнь возвращала меня вновь в пучину заразы, из которой я бы выбралась, пожертвовав собственной жизнью.
Пока их заказ готовиться, я решила остаться на кухне. Но не успела пробыть там пару минут, как меня уже позвали.
Моё сердце отчеканивало точные удары, и каждый из них я ощущала всей грудной клеткой. Я не поменяла позы, темпа движения, а просто растянула улыбку.
- Белый чай, милая - даже не посмотрев на меня, приказал монотонно Мариос. Я удивилась, как тонко он смог меня учуять.
- Через пару минут - спокойно, высказывая почтение при других, ответила я.
Только передав заказ бармену, я почувствовала как меня схватили за локоть и плавно повернули. Я оказалась лицом к лицу с Мариосом. Я видела недовольство на его лице, и догадывалась, чем заслужила такое почтение. Однако я не хотела проявлять сочувствие к нему и к себе тоже. После моей «пропажи» я и не предполагала, какой выговор сделали моему ответчику - Мариосу Буффи.
- Аметия передала тебе подарок. Она уверенна, что он тебе поможет провести игру намного легче - передал мне пакет. Я, не заглядывая туда, попыталась возразить:
- Спасибо, меня не стоит подкупать…
- Миранда, когда тебе дают - бери. А уже потом разберёшься, что с этим делать - пододвинув меня ближе к себе, перебил капо Ор’туса салисье.
Я с небольшим раздражением посмотрела на него, улыбнувшись и кивнув. Не успел он вернуться к своим «гостям», как я остановила его:
- Зачем?
Сегодняшняя игра важна. И многое зависит от тебя. Если выиграешь, то три дня будут прощены - я не совсем тот вопрос задала, чтобы на него так отвечать, но и эта информация не была лишний. Он не изменил интонацию голоса. Только слегка уголки его губ поднялись, а глаза сузились.
- А ты? Ты меня простил? - я уверенна, что Мариос поплатился за моё отсутствие. Мы многое с ним пережили, поэтому не проявлять какие-либо к нему чувства не могла. Иногда так бывает, что даже к самому плохому персонажу привязываешься.
- Выиграй, сероглазая леди. - поднял он мне голову вверх за подбородок. На моей душе отлегло, осознав, что он верит в меня. Улыбка спала, а на его лице появилась гримаса гордости. Мариос мне вселял уверенность, просматривая каждый уголок моей души.
- Да взойдёт солнце - так мы высказывали своё почтение, согласие и прочие положительные эмоции.
Мариос состроил самодовольную гримасу и отправился к компаньонам. К этому времени вернулся мой новый знакомый с белым чаем. Он безмолвно поставил поднос передо мной и отошёл, продолжая свою работу. Его лицо непроницаемо, а у меня создаётся впечатление, будто я сама выдумала эту сцену. Решив его не тревожить, я сама поставила пакет от Аметии за баром.
Прямо перед моим носом поднос забрала пронырливая светловолосая девушка. Лира перебирала своими маленькими ножками, дабы добежать до моего столика. Не дав ей эту возможность, я остановила её. Положив руку на плечо и немного отдёрнув, я уверенным тоном произнесла:
- Присматривай за собой - она поняла смысл фразы: «не лезь ко мне на территорию, иначе можешь поплатиться», поэтому она нервно сглотнула и будто ничего не произошло побрела к другим посетителям с «лучезарным» личиком. Я не вредничаю, да и спокойно могла ей отдать этот столик, если бы не одно «но». За ним сидел Мариос. А за пятым столиком происходили все сделки клана Ор’туса салисье. Видимо это было что-то важное, если у бара сидел Джордан, нервно покуривая. Если и не знать семью Буффи, то сложно отнести их друг друга к родственникам, Тем они были и уникальны. Мне не доставляло удовольствия влезать в их дела, но оберегать их от посторонних ушей - моя обязанность. Я так сама определила. Мы находимся в одном клане и выполняем одну работу: совершенствование нашей семьи. Я не скрою, что считала их семьёй, а точнее смирилась с этим. Однако как только возвращалась домой и видела Бена, то все картины прошлого и настоящего всплывали. Они возвращали меня в горе, напоминая, что мои родители давно поглощены землёй. А я всего лишь девочка, пытающая найти ту справедливость, о которой грезила.