Я осматриваю его сверху вниз, изучая каждую линию телосложения, и тоже протягиваю руку.
- Миранда - как только моя рука находится в его, он резко поворачивает и обжигает ежевичными губами тыльную сторону ладони.
- Приятно познакомиться, Миранда.
Я пытаюсь не отдёрнуть руку, да и по правде мне не хочется. Но следующее предложение порождает во мне волну шока.
- Я намерен вас проводить до дома в столь поздний час
- Увы, разочарую. Я самостоятельна и мне не нужен охранник.
Он усмехается и добавляет:
- Я всего лишь побуду вашим компаньоном и не более.
- Дайте угадаю. Если я вам откажу, вы, Уильям, будете за мной следить.
-Ого! - разводит он руками – вы запомнили моё имя. Тогда точно не отстану. - и он спешит открыть мне дверь. - Ну, что, сероглазая леди? - от одного этого обращения мне хочется съёжиться.
- Пообещайте, что никогда меня не будете так называть - подхожу к вешалке, где ещё с последнего раза висит мой плащ. Накинув его на себя, я уверенной прямой походкой направляюсь вместе с Уильямом подальше от этого места.
***
Яркий теплый свет от фонаря, запах гари - наши спутники. Глубокая ночь обволокла всех жителей района. Чтобы не тревожить понапрасну бедняков , мы решили идти по центральной улице. Она, как правило, всегда бывает очищена от посторонних. Луна не показывается на нашем горизонте и путь нам освещает фонарик, стоящий на повороте у крайнего дома и тусклый свет от огонька мальчишки, что следит за нами. Маленький проказник на цыпочках перебирается от одного квартала к другому, следуя за нашими блеклыми тенями.
Мы шли в тишине, не намереваясь даже начать разговор. Я чувствовала себя более-менее комфортно, прислушиваясь к шуму, исходящему от лампочки.
- Может ему что-нибудь нужно? - постоянно оборачивался Уильям, посматривая на преследователя.
- Это его заработок - на меня обратились два светло-зеленых глаза с озадаченным видом - такие дети называются умбры*. Их задача - сопровождать работников, посетителей Ом-Мерты поздним вечером или ночью.
- Значит, тень - протянул он задумчиво.
- Да… - хотела что-то дополнить я, но прикусила язык. Воспользовавшись шансом, Уильям начал диалог, который и раскрыл нас друг другу.
- Почему вам не нравиться ваш псевдоним? - вновь он посмотрел на умбру, убеждаясь в его работе.
- В нем нет ничего такого…
- А изящество, изысканность, в конце концов властность, которую он подчёркивает.
- Это пафос, за которым скрывается истина - отмахнулась я рукой, будто отгоняя что-то от себя.
- И какова она…Истина? - его широкие глаза были направлены на свет. И сейчас они так ярко сверкали зеленого цвета, что меня поразила чистота их.
- Мне не нравится моя работа, я терпеть не могу карточные игры и зарабатывать на этом жизнь - нет никакого желания - я направила взгляд в сторону объекта, за которым наблюдал мой новый знакомый - вот такая она, истина.
- Это всего лишь полуправда - мы повернули в живой квартал, где поднимать шум воспрещалось.
- Может продемонстрируете пример, Уильям? - саркастично, пробуя на вкус его имя, сказала я.
- Если только Миранда пообещает мне поделиться такой же информацией как и я - по кошачьи растянул он улыбку. Мы прошли ровно тринадцать шагов перед тем, как я дала обдуманный ответ.
- Я попытаюсь. Обещаю - теперь мне оставалось только слушать и надеяться на минимальную информацию. Декорации зданий на нашем фоне менялись изредка, чтобы осознать в каком мы направлении. Однако опыт детских лет не подвел и в этот раз. Уильям слегка понизил голос, придав ему бархатности, и начал рассказ о себе.
- Я родился в Риме в благополучной семье пекаря. Моя семья была в достатке пока нас не нагнул кризис. Поставки в нашу лавку остановились, и спрос соответственно на продукцию упал. Тогда мы решили отправиться в Сиену к своим родственникам. Там и родился мой брат. Моего отца взяли на работу дворником, однако положение ухудшилось, стоило маме заболеть. Люди, которые приютили, легко выбросили нас на улицу. Мы пешком дошли до Ливорно, где и умерла моя мать. Так как я постоянно находился с отцом, то и не помню её вовсе. А брат вспоминает её до сих пор. На тот момент он был совсем крохой. Дабы почтить память матери мы все остались в этом портовом городе. А стоило мне только вырасти, я в миг сбежал от нищей жизни, которую разделял с отцом и братом. Переехал в штаты, познакомился с товарищами. Друзья помогли мне обосноваться и заработать. А потом картина повторилась вновь: предательство на предательстве. Позже мне пришло письмо о том, что отец меня сватает. Однако я познакомился с другой девушкой, и позже обручился с ней. - на этой фразе я видимо заметно выдохнула - но она скоропостижно скончалась.