Вот на этой радостной ноте Эл занялся приготовлении к собственному номеру. Он решил поразить всех тем, что будет петь и танцевать одновременно. Так не умел никто. И хотя были такие, кто чуть-чуть пританцовывал или подпевал, но делать это так прекрасно, как Эл, не мог ни один из его знакомых.
Это был его особенный талант, именно поэтому, когда он выходил во двор и встряхивал своими белокурыми кудрявыми волосами, все девчонки просто падали к его ногам и просили разрешения сфотографировать, что он снисходительно разрешал делать только время от времени. Эх, где теперь эти времена…
Эл опять чуть не раскис, но тут же собрался и начал репетировать перед зеркалом. Получалось у него отменно, и эльф с удовольствием посвятил этому занятию весь остаток дня, распевая во все горло и звонко прихлопывая, переставляя в такт свои длинные стройные ноги. Приз был у него в кармане!
К
- Конкурс! Конкурс!!! – первое, на что упал взгляд Руса, подходящего к детскому саду, было это яркое объявление.
-Интересно, к чему бы это? - задумался мальчик и толкнул железную калитку, которая со скрипом поддалась и пропустила его внутрь.
Рус зашел в раздевалку и обратил внимание, что он сегодня самый ранний. Даже сестрички Зомб, которые обычно прибывали в сад с первыми лучами солнца, почему-то припозднились, и около их ящика пока даже не собрались ящерицы, что было обычно перед их непосредственным появлением, так как девочки всегда приносили для них что-нибудь вкусненькое. Рус медленно снял куртку, повесил ее на вешалку и переобулся. Всё было очень странно. Интересно, почему все задержались?
Мальчик в задумчивости прошел к доске объявлений.
–Сегодня у нас гости! – прочитал он текст на маленьком листочке, закрепленном в правом верхнем углу.
Ух ты, обычно это каждый раз означало что-то новенькое. Сначала к ним приезжали специалисты по зельеварению, правда, никто ничего не смог записать из их рассказов, так как буквы с бумаги испарились практически сразу после того, как они уехали. А еще были укротители летучих мышей, шпагоглотатели, номера с огнём, да и вообще, всех уже не упомнишь. И вот опять приезжают гости, и, видимо, важные, раз их пригласили прямо в понедельник.
Тут раздался щебет детских голосов. Вся группа разом ввалилась в дверь и распределилась по лавкам и шкафчикам, снимая обувь и куртки. Ребята находились в возбуждении и обсуждали, кто и что подготовил для участия. Рус наблюдал за ними с недоумением. Весь конец прошлой недели он проболел и не общался ни с кем из группы, поэтому пытался быстро врубиться, о чем идет речь. Все остальные разбились по кучкам, в сторонке только сидела одна Веда, в задумчивости перебирая ручку своей сумочки. За ней в воздухе парили активно жестикулирующие Прив и Призи, которых сегодня на удивление отлично было видно, а не как всегда, когда до конца не ясно, пришли они сегодня в детский сад или нет.
Рус попытался привлечь к себе внимание ближайшей к нему группки ребят, но сестренки Зомб и Гоб даже не заметили этого. Тогда мальчик направился к Элу, который стоял за ними и делал вид, что о чем-то глубоко задумался, а на самом деле пытался услышать, что там рассказывает Гоб. Постояв рядом несколько секунд, русал негромко булькнул, Эл обернулся к нему и вопросительно посмотрел.
- А вы все вообще о чём тут? – выдохнул Рус.
- Точно, ты ж болел, ну так вот, помнишь, как ты во вторник в бассейне кувыркался, и мы договорились, что в понедельник, как раз сегодня, устроим между собой соревнование, сегодня оно и состоится. После обеда будем биться.
И тут Рус вспомнил, как обсуждалась эта тема прямо перед тем, как он, накупавшись, начал покашливать и мама оставила его дома. Но разговор он всерьёз не принял и решил, что поболтали и забыли. А тут, оказывается, даже организационные моменты решены, и гости приглашены.
Рус к такому повороту событий оказался абсолютно не готов. Он отошел от всех расстроенный – стоит не походить в сад пару дней - и полностью выпадаешь из жизни. Теперь нужно было срочно что-нибудь придумывать…
Он медленно двинулся в сторону бассейна, ведь естественно, что у воды ему думалось намного лучше. Присев на лавочку у стены, Рус начал прикидывать, чем мог бы всех удивить. Однако, кроме выделывания фигур на глубине, он ничего не мог вспомнить подходящего к подобному важному случаю.