Лир подавил вскипающие защитные инстинкты.
— Что он сказал нашему отцу?
— Не знаю деталей. Я даже не знаю, правда ли все это. Но ты сделал достаточно за сезоны, и если Дульчет хоть немного прав… Ты испортил много дел Хризалиды. Бил припасы, прятал вещи, портил исследования, отпугивал клиентов… Несколько случаев отец упустил бы, но не все сразу.
— Дульчет ничего не докажет. Отец знает, что он может сочинять…
— Не важно, Лир. Судя по тому, что я услышал от Анданте и Ариоса, отец верит ему достаточно. Вопрос — каким будет твое наказание, — глаза Рида стали почти черными. — Анданте хочет, чтобы от тебя отреклись и казнили.
Страх Лира резко сменился холодным спокойствием.
— Лицеус не сделает этого. Я слишком полезен.
— Но тебя накажут. И жутко.
Лир знал, что это означало. Настоящее наказание, а не шлепок по запястью, как его понижение до консультанта на пару циклов. Тюрьма. Боль. Пытки. Эйшет и ее приспешники были хороши в последнем, и она обрадуется Лиру в цепях у ее ног.
Его уже наказывали, когда он был младше и беспечнее. Он знал тюрьму изнутри, порой не спал из-за кошмаров, которые видел, стоило сомкнуть глаза.
Рид поднялся и снова стал расхаживать.
— Мы другие. Ты другой. Я пытался понять, почему ты бунтуешь, что заставляет тебя сопротивляться. Но не смогу, — он повернулся к Лиру. — Но я знаю, что ты не можешь измениться. Ты скорее умрешь, чем изменишься.
Лир посмотрел в глаза Лира.
— О чем ты?
— Анданте и Ариос не знают, что я их услышал. Наш отец у Самаэла, так что ничего не решит до конца затмения. Они думают, что ты не знаешь, что Дульчет выдал твои тайны.
— О чем ты? — повторил он. Лир знал, на что намекал брат, но хотел, чтобы Рид произнес слова, что всегда были рядом, когда они говорили о будущем Лира в Асфодели.
Рид прикрыл глаза.
— Не глупи в этот раз, Лир.
Он и сейчас не сказал этого. Даже боясь за жизнь Лира, Рид не произнес бы предательское слово. Побег.
Стиснув зубы, Рид прошел к двери и нетерпеливо ждал, пока Лир уберет чары. Лир прижал два пальца к дереву, направил туда магию. Чары утихли, и Рид коснулся ручки.
Он посмотрел на Лира, его глаза стали золотыми, горели тревогой.
— Лир, надеюсь… — он резко вдохнул носом. — Надеюсь, я тебя больше не увижу.
Лир отпрянул.
— Не знаю, Рид. Не знаю, если…
Рид сжал его плечо, впившись пальцами.
— Не глупи. Не надо.
Он кивнул. Рид пронзал его взглядом еще пару мгновений, а потом открыл дверь и ушел, пропал в скрывающих чарах. Лир закрыл дверь и прислонился к ней, пульс гремел в ушах.
Дульчет, гаденыш. Продал Лира отцу в отместку за то что, он — и Клио — сделал с ним.
— Черт возьми, — прорычал он, сжимая голову руками. Пальцы впились в волосы, он съехал на пол.
Убежать? Из Асфодели? Сбежать от отца и братьев? Не выйдет. Если это и было возможно, то это было очень сложно. Куда он пойдет отсюда? Что будет делать? Сколько проживет один на Земле? Он знал только эту жизнь.
В Хризалиде была магия, у Аида была армия и куча шпионов, что могла отыскать деймона. Лиру придется закрыться от своего вида, чтобы его не поймали.
Он покачал головой. Кто ему поможет? Он был чародеем Хризалиды. Ему помогут, только если он заплатит магией, но так его тут же выследят Аид и Хризалида.
Невозможно. Он не мог сбежать. Он умрет через пару дней.
Но будет ли лучше, если он останется?
Он оттолкнулся от пола, прошел в спальню и схватил футболку и ботинки. Он надел обычную цепочку защитных чар, замер и вытащил еще две цепочки из ящика, надел их на шею. Он добавил браслеты с заряженными камнями на запястья — кожаные браслеты выглядели как мужские украшения, но в каждом были скрыты камни с магией, что пополнили бы его запасы. На всякий случай.
Дрожа от напряжения, он покинул дом и небольшой комплекс Ризалис. Его члены семьи — отец, братья, кузены и несколько дядь — жили в домиках. Женщин не было. Суккубы, женские версии инкубов, не бывали в Асфодели, какими бы талантами ни обладали.
Он час брел по улицам, двигался быстро, не мог замедлить шаги. Мысли двигались в его голове как охотящиеся волки, рвали его сомнения, вытаскивали страхи и гнали их, чтобы он думал только об этом.
Он оказался на вершине пустой вышки у канала. Но он не смотрел на гостиницу Клио — этих мыслей он смог избежать — он повернулся в другую сторону. Он, подражая Эшу, забрался на крышу и прислонился к черепице, смотрел, прикрыв глаза, на сияющие огни главного бульвара и огромное поместье в конце улицы — резиденцию Аида.