Лир поднял ее на руки и понес по бункеру, вверх по лестнице и их холодной тьмы. Его мышцы дрожали от слабости, смертельный холод в руке достиг плеча. Ему нужно было унести Клио от Дульчета и из этого бункера. Он должен убедиться, что она в безопасности, но не мог вернуть ее в гостиницу. У него не было столько времени.
Покачиваясь через каждые пару шагов, он шел мимо домов к своему дому, где были темные окна. Он шагнул к двери, отпер чары, почти ввалился внутрь. Сжимая ее одной рукой, едва поддерживая ее вес, он активировал все замки и защиты на здании.
Почти втащив Клио, он добрался до единственной спальни и бросил ее на кровать с меньшей заботой, чем хотел бы, но лучше он сейчас не мог. Он прижал ладони к ее лицу и нашел чары, что держали ее без сознания. Он разорвал нити, но лед в его венах достиг груди, было сложно дышать.
Его внимание рассеялось, он ничего больше не мог. Он повредил чары достаточно, чтобы они развалились сами. Она будет в порядке, защищенная магией, которую он годами создавал и улучшал, чтобы уберечь себя.
Он отпрянул от кровати, зрение затуманилось. Холод был в его легких, поднимался по позвоночнику к голове. Когти льда сдавили его сердце.
Он не понимал, что выбрался из комнаты, пока не врезался в кухонный стул. Он рухнул на него, склонился, опустил голову на руку, что легла на стол, отчаянно втянул воздух. Как он мог дышать так быстро, но не получать кислород?
Он умирал. Он ощущал это каждой костью, каждой мышцей, каждой связкой, нервом и органом. Лед распространялся быстрее, обжигал, боль пропитала все его тело. Ледяное прикосновение Смерти было в нем, давило на него.
И это… было… так… медленно…
— Козел ты, Дульчет, — простонал он.
Его одержимый смертью брат создал плетение, что заставляло жертву страдать самой медленной смертью, при этом осознавать каждый миг в деталях.
Лед сомкнулся, и он уже не замечал комнату, оказался в агонии от объятий Смерти. Его сердце грохотало в груди, мышцы сводило, они дрожали, его тело протестовало против такого конца.
Его пальцы впились в стол, ногти царапали дерево. Его голова кружилась. В горле пересохло. Содрогаясь от боли, страдая от сожалений, он ощущал смерть своего тела. Последний выдох покинул легкие. Его сердце затрепетало и остановилось.
И последней сознательной мыслью он проклинал Дульчета, чтобы тот оказался в аду еще глубже этого.
Глава двадцать четвертая
Заманчивый аромат разбудил Клио. Она глубоко вдохнула и потерлась носом о подушку. Манящий запах заполнил ее голову, экзотичная смесь пряностей с неожиданным, но вкусным добавлением вишни. Это был рай. Она сделала еще вдох, и глаза открылись.
Спальня? Тревога пронзила облако радости от запаха, и Клио поднялась на локте, пытаясь вспомнить, где была. Незнакомая комната была в бардаке, книги были собраны у стены грудами, лук без тетивы стоял в углу, а вокруг была разбросана мужская одежда.
Синяя футболка свисала с кровати на другой стороне, словно ее хозяин стянул ее, но не добросил до пола. Клио схватила ее, замерла, а потом робко поднесла к носу. Запах пряной вишни дразнил ее, знакомое лицо появилось в ее мыслях.
Лир. Футболка и подушка пахли им. Это была… его спальня? Как она сюда попала?
Она хмуро оглядела свой наряд нимфы, его состояние было намного хуже, чем она помнила. Почему она была в нем? Погодите. Она нарядилась так для собрания Самаэла в резиденции Аида…
Воспоминания хлынули на нее. Дракончик под столом. Дракониан-наемник за ней. Военачальник лез к нему. Кровь лилась всюду. Она убежала, заблудилась в коридорах и бродила, пока… кто-то не схватил ее сзади.
Дульчет.
Она вскочила с кровати и чуть не улетела лицом в пол. Восстановив равновесие, она дико огляделась. Последним она помнила, как Дульчет нависал над ней в темной бетонной комнате с жутким металлическим столом в центре. Она не могла вспомнить ничего после холода от его магии.
Но это была другая комната. И пахло Лиром, не Дульчетом.
Она выбежала из спальни и миновала короткий коридор. Едва заметив уютную комнату с диваном и книжными стеллажами, она сосредоточилась на столе, за которым обмякла знакомая фигура, прижав голову к руке и так уснув.
— Лир, — выдохнула Клио с облегчением и поспешила к нему.
Он не отреагировал, и рядом с ним ее пронзил неожиданный страх такой силы, что ощущался как физическая боль. Она сжала его руку с силой.
— Лир? Лир!
Она заметила грязь на его одежде, разбитые костяшки, прорехи на его футболке с ранами за ними. Потеряв голову, Клио сжала его плечи и потянула наверх.