— Мне интересно, как ты стала…такой? — затаив дыхание, Эмили была готова услышать отказ в согласии поведать об этом и согласиться с ним.
— Если тебе и вправду любопытно, я расскажу. — спокойно сказала Лил, будучи готовой к разговору которому рано или поздно суждено было случиться. — Мне было шестнадцать и я мало понимала, на что иду. Наше знакомство с Оливией произошло случайно, я поссорилась с родителями, ушла из дома, она же искала «ужин». Тогда мне повезло, внешне я напомнила Оливии ее покойную сестру. Мы стали общаться и она видела все больше и больше различий между нами. Когда я узнала правду о ее сущности, Оливия не убила меня. Почему? Не знаю, возможно, из жалости. Сейчас трудно поверить в ее сострадание, но тогда я видела все совершенно в ином свете. Оливия стала для меня сестрою, но со временем оборвала наше общение уехав в другой город. Спустя некоторое время я отыскала ее, избавиться от меня Оливии не удалось, напугать, чтобы сбежала, тоже. С тех пор я жила у нее, по-прежнему оставаясь человеком. Однажды она сказала, что может быть поздно и дала мне на раздумье неделю. Я согласилась. — Лилу усмехнулась. — О, какие же проклятья сыпались с моих губ месяцем позже. Ты даже представить не можешь, что за мучения мне пришлось пройти, около года я была на грани срыва. — она рассказывала обо всем так, словно переживала все заново.
— Извини, я не должна была спрашивать. — сев в соседнее кресло, Эмили взяла ее за руку не зная как теперь исправить ситуацию.
— Не забывай, мне сто пятьдесят четыре года. У меня было время свыкнуться со всем этим. — ее слова подбодрили Эмили и она решила больше никогда не упоминать об этой истории.
Девушки даже не заметили, как часы пробили полночь. В доме было пусто и темно.
— Тебе пора спать. — закрыв окно на засов, Лилу вышла в коридор.
Сопротивляться Эмили не стала, тем более ее глаза действительно слипались. Приняв горячий душ, она укуталась в одеяло, где сон тут же погрузил сознание в темноту. Ей снились снежные сугробы, от которых веяло холодом, а вокруг стояла гробовая тишина. Ни дуновения ветра, ни иных посторонних шумов.
— А ведь я давала тебе шанс. — слабый голос Оливии прорезался сквозь тишь. Снежные сугробы начали растворяться, превращаясь в черную картину.
Открыв глаза, Эмили посмотрела в угол комнаты. Увидев темный силуэт, она поняла, что голос не был сном. С трудом дотянувшись до ночника, ей удалось включить слабый свет. Привстав и сев на середине кровати, Эмили сонными глазами смотрела на тень.
Выйдя на небольшой кусочек света, Оливия остановилась. Ее волосы слегка спадали на лицо, незаметно прикрывая глаза.
— Вижу мои предупреждения не подействовали. — она была напряжена, но каменное лицо не выражающее эмоций не позволяло понять о чем Оливия думает на самом деле.
— Это из-за Ванессы? — уточнила Эмили зная ответ.
— Я пришла не отвечать на твои вопросы, а просто сказать, что вмешиваться не стану. Дилан взял с меня обещание тебя не трогать, значит, я просто буду наблюдать со стороны. — сказав что хотела, Оливия застучала каблуками к выходу.
Вскочив с кровати, Эмили сделала пару шагов к ней. Она хотела развернуть ее к себе и заставить объяснить все, но комната впереди нее вмиг опустела, а за спиной раздался голос.
— Повторяю, я пришла не затем чтобы отвечать на вопросы. — сразу после этого Оливия исчезла.
От большого количества вопросов и мыслей у Эмили разболелась голова. Выпив таблетку аспирина, она вновь легла в постель, где ей все равно не удавалось заснуть. Слишком много всего вертелось в голове. Как только Эмили хотя бы на секунду погружалась в сон, мысли хором начинали кричать, заявляя о себе.
35
Двухэтажная квартира на четвертом этаже в центре Беркли давно пустовала, Ник много лет не бывал здесь, хотя помнил о ней и регулярно отчислял деньги тем, кто следит за помещением.
Внутри ничего не изменилось, все так же на подоконнике росли фиалки, а в аквариуме плавала золотая рыбка. Раньше, это была его основная квартира, предназначенная как для жизни, так и для дел. До ее смерти.
Ник потерял свою невесту за два месяца до их свадьбы. Он не смог уберечь Софи от своих врагов допустив грубую ошибку, полюбив. С того самого дня Ник не появлялся в этой квартире. Ему не хватало сил переступить порог их спальни, и даже самые мелкие детали, такие как книги, зеленый диван или синие фиалки, цветущие на окне терзали рану на его сердце.
Спустя время он начал забывать, каково это скучать по ком-то. Опасная динамика жизни нахлынула на него, но до сих пор он оставался верен лишь Софи. Все его интрижки не были длиннее одной ночи, Ник похоронил в себе способность любить. Несколько дней назад, он снова решил перебраться сюда и уже позаботился, чтобы его вещи перевезли.
— Мне удалось узнать не многое. — сразу сказал Адам оказавшись в квартире.
— Я слушаю. — отстраненно наблюдая за рыбкой, Ник не обернулся на голос.
— Волков несколько, убийства не похожи друг на друга. — подойдя ближе, Адам с интересом рассматривал квартиру, особенно, его взгляд зацепила коллекция бабочек красующихся на стене. — Разница в том, что у одного из них сорвало крышу, его необходимо убить.
— Где нашли трупы? — подобное могло доставить Нику серьезные неприятности, одна ошибка может служить началом вражды.
— Один в Беркли и два на окраине Окленда. — первое что пришло в голову Адаму как только он узнал место расположение трупов, это разорванный на кусочки Дилан. Подобные мысли часто посещали его, но были лишь мечтами.
— Займись этим, только без лишнего шума. Нам нельзя промахнуться.
Молча согласившись, Адам остался недоволен тем, что это поручили именно ему. Однако у него появился шанс побывать в Окленде.
36
Утром никого не предупредив, Эмили спешила в свой новый дом. Еще в окно Сара увидела ее и открыв дверь встречала на пороге.
— Скорей, заходи. Тебе нравится? — проведя Эмили в середину гостиной, она трепетала как птица, вернувшаяся после долгой зимовки.
В комнате было настолько светло, что казалось солнце живет в их маленьком камине, возле книжного шкафа. Книги занимали большую часть пространства, они лежали везде. На ажурном столике, стоявшем рядом с темно-коричневым диваном, на скромном камине и даже на подоконнике. Вместе с картинами, они создавали необычайно уютную, вдохновляющую обстановку которую не хочется покидать.
— Как здорово. — прошептала Эмили и побежала по ступенькам к себе, на второй этаж.
Здесь ее и ожидал самый большой сюрприз. Комната практически один в один походила на ту, что была в Беркли, за исключением некоторой мебели, которой не нашли аналогов.
— Вот это да. — она не ожидала подобного и была безумно счастлива. Обняв и поблагодарив Сару и Логана, Эмили обратила внимание на несколько коробок стоящих у стены.
Такие вещи как блокноты, сувениры и прочие мелочи, они не стали трогать, оставив их хозяйке. Опустив руку в одну из коробок, Эмили вытащила старую самодельную рамку для фотографий. Там было практически идеально сохранившееся их фото с Джуди. Тут Эмили поняла, практически ни разу за свое пребывание в Окленде она не написала старой подруге, не узнала о ее самочувствии, событиях произошедших за все это время.
Эмили совершенно забыла о всех знакомых, о Алексе, который нуждался в помощи больше чем кто либо. Ей стало тошно от себя самой.
Разложив содержимое ящиков по «своим местам», она легла на кровать, продолжая мысленно упрекать себя.
— Родная, у меня для тебя кое-что есть. — в комнату вошел Логан держа руки за спиной. — Тебе наверняка это пригодится. — сказал он протянув вперед ноутбук.
— Спасибо, даже не представляешь, как это кстати. — угнетенная мыслями о том, какая она ужасная подруга, Эмили стремилась немедленно исправить ситуацию.
Найдя в почтовом ящике адрес Джуди, она, не сдерживаясь, писала все, о чем думает, прежде всего, извинившись за свое долгое отсутствие. Письмо вышло на несколько страниц, в нем Эмили рассказала о пожаре, переезде, новых знакомствах и конечно же Дилане. Она не могла умолчать о таком, ведь надежда услышать дельный совет не угасала.