— Анноанский.
— Думаешь, послание? — Лледос перевел взгляд на меня.
— Да, но не нам.
— И кому же? — Где-то в ветвях большой филин раскрыл крылья и спрыгнул к земле. На миг блеснули желтые глаза. — Веомага! Эй, слышишь?
Эльф щелкнул пальцами у моего носа. Я дернулась. Оглянулась. Сумерки уступили место ночи. На небе засияли крупные звезды. Нехотя просыпались Ярун и Эгун. Последний как раз выбирался из земли.
Я снова поглядела на медную пластину, испищреную древними письменами.
Все встало на свои места. И лес, и эльфийский череп, и Поцелуй Некроманта, так легко доставшийся Яруну. А я поверила в случайность, повелась, как ребенок.
— Пойдем, — сказала я эльфу, двинувшись к костру. Медную пластину я спрятала в кармане тонкой куртки. Незачем ее лишний раз демонстрировать.
Вокруг потрескивающего костра сидели остальные. Эгун потягивался, хрустя всеми суставами, точно старик. Жадан отпускал шуточки по этому поводу. Ярун пытался унять зевоту — ещё одну привычку, оставшуюся от человеческой жизни. Пламя бросало забавные тени на лица сидящих. Но мне было не до забавы.
Когда все, включая Лледоса, обратили на меня внимание, я произнесла:
— Мне кое-что нужно, — на самом деле я долго подбирала слова, чтобы все вышло, как надо. — В пяти километрах отсюда есть ручей. Не думаю, что он пересох. Так вот, мне нужна вода из этого ручья.
— Вода? — изумился Жадан. — Для чего? Ты ж не пьешь, а нам с Лледосом хватит той, что во флягах.
Ну, вот. Мне только спора с сунжэ не хватает! Жадан бывает назойливее, чем даже боль в левой руке.
— В ручье есть серебро. И много. — Нехотя пояснила я. — Вода в его русле имеет кое-какие магические свойства. По правде сказать, я уверена, что этаж создателя, на который мы хотели сегодня проникнуть, нашпигован ловушками.
— И причем тут волшебная вода? — Эгун наморщил лоб, пытаясь понять, к чему я клоню.
— Ловушки магические? — Догадался Лледос. — Против нежити? Других вампиров?
— Да. Я знаю, как их обезвредить. Но для этого мне нужна вода из ручья.
— Не вопрос, — бодро произнес Эгун, разминая ноги. — Я сейчас.
Расчет оказался верным. Ридаец что угодно сделает, лишь бы не идти в руины. Ему там ой как не понравилось!
Я едва успела остановить Эгуна. Он схватил две фляги и направился в чащу леса.
— Эгун, — окликнула я, указывая пальцем направление — Во-первых, в другую сторону. Во-вторых, возьмешь с собой Жадана.
— Можно? — обрадовался пацан, скучавший по общению с другом.
— Да, — я улыбнулась. — Тебе не мешает прогуляться. Но это не все. С вами пойдет Лледос. Не спорь, — это уже закатившему глаза эльфу, — иначе они заблудятся.
Дождавшись, пока северянин уберет кислую физиономию, я сказала:
— У вас на все половина ночи. Прежде, чем брать воду, проверьте, что рядом серебро. Не хочется переделывать вашу работу, — уколола я напоследок. Пусть не думают, что это увеселительная прогулка по лесу.
Все трое двинулись к деревьям. Вдруг Жадан быстро развернулся и помахал мне рукой:
— Вея, мы скоро вернемся! Не скучайте! — и заспешил следом за эльфом и вампиром.
Ну, что за ребенок! Ох уж эта его непосредственность.
На какой-то миг мне стало немного легче, но я вспомнила, зачем их отослала.
Как только Лледос, Жадан и Эгун полностью скрылись в темноте леса, и до меня перестало долетать ойканье спотыкающегося Жадана, я повернулась к Яруну. Тот стоял по другую сторону костра. Золотистое пламя отражалось в алых глазах, седая прядь на правом виске стала оранжеватой. Только лицо сохраняло бледность. Увы, даже живое пламя не согреет белые щеки.
— Ну, и зачем? — разомкнул губы Ярун.
Его мои слова не обманули. Бывшего вестника так просто не одурачить.
— У тебя хорошие задатки, ты быстро учишься и ты силен, — я задумчиво загибала пальцы. — Кроме того, ты бы ни за что не оставил меня, так, Ярун?
Я легонько улыбнулась, увидев реакцию вампира. Ничто в лице не изменилось, даже морщинок не прибавилось. А вот руки сжались в кулаки.
— Что ты задумала? История про ловушки и воду — выдумка. — Он не спрашивал. В его голосе звенела уверенность. — Причем, не самая хорошая.
Пришлось ответить:
— Ну-у, ловушки там могут быть. Только, думаю, они давно не опасны. А вода, бегущая по серебру, всегда пригодится. Все-таки против низшей нежити она — прекрасное оружие.
Ярун не шевелился. Он настроен крайне серьезно.
Вот уже какую ночь я не могла решить, такой птенец, как Ярун, это подарок Сайгума, или наказание Беликия?
— Спасибо за доверие, Вея. Мне бы не хотелось шататься по ночному лесу в погоне за вымышленной целью. — В его голосе сквозила ирония.
— Не пытайся меня уколоть! — фыркнула я. — Между прочим, у нас много дел, а времени — половина ночи. Не хочу, чтобы ребята вернулись в разгар… — я осеклась, не желая раньше времени говорить о предстоящем.
— В разгар чего? — не отступил Ярун.
— Самого интересного, — нашлась я. И угрюмо добавила, — пошли. Дела не ждут. И… Ярун, захвати ксифос.
Мне все равно, что меч потемнел и пролежал в ножнах столько лет. Также я не думала о том, что Ярун давно не тренировался. В конце концов, он теперь вампир. Его сила и реакция куда выше, чем у смертных. Даже магов.
— Слушай внимательно, — я повела больным плечом, стараясь найти удобное положение для потемневшей руки, — как только войдем в замок, никаких разговоров. Делаешь только то, что я скажу. Но будь готов ко всему.
— Можно вопрос? — Ярун поудобнее перехватил меч. Дождавшись моего «да», спросил, — Что там? На седьмом этаже?
В ответ я хищно улыбнулась, позволяя азарту отразиться в глазах, сладкой волной пробежать по телу.
— Ничего не бойся, Ярун. Ты — вампир. Это тебя должны бояться.
Больше ничего не говоря, я шагнула в развалины замка.
Наивно было бы полагать, что с прошлой ночи здесь что-то изменится. Нет. Все тот же слой пыли, тронутый цепочками наших следов. Призрачная паутина, затянувшая углы ближних к поверхности этажей. Старые фрески, зияющие серыми пятнами облупившейся краски. Вроде бы все, как вчера. Но нет. Теперь я была охотницей, а не дичью. И чутье уверено вело меня вперед. Вниз.
Ярун тоже что-то почуял. Его походка изменилась. Шаги стали плавными. Он передвигался как бы крадучись, как большой койот или шакал. Для волка в нем было слишком много хищного стремления.
Моего птенца начинала увлекать безмолвная охота.
По шести подземным этажам мы прошли быстро, не обнаружив ничего нового. Пыль, грязь, иногда вода и ленивые слизняки на стенах.
Перед лестницей на седьмой этаж я внутренне напряглась. Вполне возможно, дичь ждет меня там. Только, что это за птица? Или не птица, а змея? Или, может, кошка? Да-да, кошка, любящая затхлость и запустение… Вряд ли.
На седьмом этаже — этаже создателя — было не уютнее, чем на предыдущих. Но в глаза бросилось отсутствие пыли на полу. Под ногами не хрустела осыпавшаяся каменная крошка. Ковры давно истлели в сыром спертом воздухе, но от них даже пятен не осталось. На стенах виднелись ржавые факельные держатели. Дотронься, и они упадут. Ярун, кстати, так и сделал, только мой прогноз не оправдался. Вампир даже пошатал железную конструкцию. Бесполезно. Держатель хорошенько прикручен к стене. Не оборвать. Вот и очередная загадка. Вроде бы все подвержено тлению… да не все.
По этим коридорам я шла медленнее, прислушиваясь ко всем звукам. Их, на удивление, оказалось больше. Хотя, почему, на удивление? Я ведь уверена, что кого-то здесь встречу.
Где-то капала вода, и капли, срываясь, падали не на пол, а в какую-то емкость. Звук гулкий, как если бы под висящий мокрый сталактит в пещере подставили наполненное водой ведро. На грани вампирьего слуха я уловила какой-то шорох. Не похоже на мышей. Для них тут слишком холодно. Змеи? Тоже вряд ли. Если они, конечно, не чьи-нибудь питомцы.
Осторожно ступая, я направилась на шум.
Пришлось пройти по высокому коридору.