— Никто из машины не выходил?
— Никто.
После короткого, но напряжённого обмена репликами Викрам сказал:
— Ты правда думаешь, что это сработает?
— Никогда не знаешь заранее.
Он закатил глаза.
— Хоть прямо мне говоришь.
— Я всегда буду говорить прямо.
Он вздохнул.
— Тогда давай.
Она положила ему руку на плечо.
— Ты в порядке?
— Да, я в порядке.
— Потому что мне нужно, чтобы ты был в порядке.
Он кивнул, поднял указательный палец к потолку и сказал:
— Никто ещё не был настолько в порядке, насколько в порядке я.
— Я выгляжу убедительно? — спросила она.
— Более чем убедительно.
Она взяла с дивана красные кроссовки Феликса, запихнула его трусы в один из них и направилась к выходу, который был с той стороны машины, что смотрела в противоположную от «Бьюика». Джейн спустилась из «Саутвинда», оставив дверь позади себя открытой.
Для ранней весны день был тёплым; сухой жар приятно проходил до костей. Обогнув заднюю часть «Эксплорера», прицепленного к автодому, Джейн увидела на асфальте змею длиной примерно в метр — неподвижную. Не мёртвую. Просто нежившуюся на раскалённом солнцем покрытии: пустынное светило не клонило её в сон, а, как холоднокровное существо, словно приводило в экстаз. Поскольку это была не гремучая змея и она не свернулась, готовясь к броску, Джейн перешагнула через неё и направилась к «Бьюику», прислушиваясь к гулу транспорта на межштатной автомагистрали и надеясь, что всё удастся закончить до того, как ещё какой-нибудь водитель решит воспользоваться туалетами на зоне отдыха.
5
Тио подумал, что, может быть, сквозь шум — холодный воздух с шипением рвался из дефлекторов на панели — он слышал выстрелы. Но уверенности не было. Он велел Диабло заглушить двигатель и опустить стёкла.
Некоторое время ничего не происходило. Потом она появилась.
Наблюдая, как Джейн Хоук шагает к ним, будто какая-то богиня из кино, Тио сказал:
— Она сводит меня с ума.
Диабло навалился на руль, глядя мимо Тио.
— У этой суки стиль. Как она идёт.
— Не только стиль. У неё яйца.
Она обошла машину сзади. Подошла к водительской стороне. Остановилась в пяти футах от открытого окна, посмотрела вниз, на них, — словно они были каким-то видом животных, которых она прежде никогда не видела.
— Что у неё в руках? — спросил Тио.
— Туфли, — сказал Диабло.
Тио пригляделся.
— Кроссовки Фиделя.
Хоук сказала:
— Нам надо поговорить.
— Садись назад, — велел ей Тио, и Диабло повторил так, будто она не расслышала.
Она сказала:
— Если бы я села в «Саутвинд» и смотрела, как вы пересчитываете деньги, сейчас я уже ехала бы в Ногалес. Нам нужно здесь договориться, и я не буду делать это в машине.
Тио вышел через пассажирскую дверь и захлопнул её. Он посмотрел на Джейн поверх крыши.
— Мне показалось, я слышал что-то вроде выстрела.
— Фидель стреляет отвратительно. Дважды промахнулся. Обойди сюда. Не стоит вести дела на этой стороне, если кто-нибудь свернёт с шоссе. Мы привлечём слишком много внимания.
Пистолет в поясной кобуре Тио скрывала его просторная рубашка навыпуск. Он обошёл машину сзади.
Она сказала:
— Ты тоже выйди, Диабло.
— Он просто водитель, — сказал Тио.
— Может, у него есть пистолет. Видишь, у меня нет. Я пришла с добрыми намерениями. Покажи мне, Диабло.
Диабло посмотрел на Тио. Тио кивнул. Диабло вышел из машины. На нём были кеды Converse, чёрные джинсы, металлическая пряжка ремня дюймов в пять шириной с выгравированной головой дракона и яркая футболка с изображением обдолбанного Иисуса, который показывал знак мира, держа в пальцах косяк.
Хоук сказала:
— Я так понимаю, мама больше не покупает тебе одежду. Закрой дверь.
Взгляд Диабло был убийственным, но он закрыл дверь.
Тио сказал:
— Ты обувью торгуешь, что ли?
Она вытащила из одного красного кроссовка пару чёрных брифов и швырнула их на асфальт.
— Я думала, Фидель из тех, кто носит стринги от Victoria’s Secret, но нет — самые обычные Jockey.
С тупой похотливой ухмылкой Диабло сказал:
— Ты сняла с Фиделя трусы?
— Я заставила его и Джонни раздеться догола. Мне было интересно, нет ли у них чего-нибудь в трусах. Ничего не было.