В первый раз, когда Хоук пришла к нему за «колёсами», он должен был подставить её так, чтобы его парни могли ударить её тазером, связать и утащить в его квартиру на втором этаже третьего амбара. Он должен был раздеть её и провести последние месяцы, обучая, для чего она годится. Но она была в бегах, в розыске, и Энрике оказался слишком уж хорошим парнем, чтобы не дать ей шанс против федералов. Его самой большой проблемой всегда было то, что он слишком хорошо относился к людям, — а люди принимали доброту за слабость, и тогда ему приходилось убивать их.
Амбары второй и третий служили складом запчастей и готового к продаже товара. В четвёртом штамповали правдоподобные номерные знаки и выполняли разные прочие задачи. Пятый оставляли под машины, которые возвращались из Мексики уже восстановленными и пригодными к продаже, но требовали доработки под конкретного покупателя. Сейчас все семеро работников Энрике были заняты именно там.
Fleetwood Southwind Викрама Рангнекара переделали в пятом амбаре, а его двоюродный брат Харшад надзирал за работой, чтобы Энрике сделал всё строго по спецификации. И что это за имя — Харшад, вообще? Энрике следовало убить Харшада и отменить сделку по «Саутвинду», следовало убить всех пятерых Рангнекаров, когда они впервые явились сюда, — но у него было «это» к Джейн Хоук. У него было «это», а Викрам Рангнекар утверждал, что хочет ей помочь, — и вот до чего всё дошло. Доброта и похоть — опасная комбинация.
Когда Энрике вошёл в пятый амбар, там работали сразу несколько электроинструментов. Он закричал, чтобы его услышали, — и вздрогнул, осознав, что звучит точь-в-точь как тот перепуганный жук из рекламы инсектицида:
— РЕЙД!
14
Там, где когда-то плескалось унылое, нехоженое море — десятки тысяч лет назад, до появления человечества, — теперь раскинулась одинокая пустынная ширь песка и камня и редкого кустарника под бледно-голубым небом, пустым — кроме самого цвета.
В Тонопе, примерно в пятидесяти милях к западу от Финикса, они съехали с межштатной автомагистрали, прошли городок по асфальту и затем повернули на север, на гравийно-глинистую дорогу, которую Викрам наметил ещё во время планирования. Колея была грубая, но проезжая даже для автодома, тянущего внедорожник, и они углубились по ней в бесплодную глушь, которая казалась лишённой всяких перспектив — и всё же могла оказаться тем местом, где начнётся уничтожение аркадийцев.
Округ Марикопа был испещрён невпечатляющими, по большей части бесплодными горными грядами — горами Биг-Хорн, горами Уайт-Тэнк, горами Валчер, — все суровые и неприветливые. Но ровных пространств было больше, чем склонов, и Викрам вёл их маршрутом, который вывел к месту столь же одинокому, как любое, что Джейн доводилось видеть; там он съехал с гравийки и остановился.
— Ничего не мешает, — сказал он, заглушая двигатель.
Поднявшись со своего сиденья, Джейн спросила:
— Не мешает чему?
— «Тарелке» нужна прямая видимость в сторону экватора. Спутники, которые передают интернет, находятся прямо над экватором Земли.
Люди Энрике сделали в крыше «Саутвинда», над спальней, углубление — примерно на девять дюймов. Из-за этого высота потолка внутри уменьшилась с семи футов до чуть больше шести. Зато, когда Викрам установит в этой нише спутниковую «тарелку», не будет риска, что её сорвёт, если им придётся проскочить под низким путепроводом или под каким-нибудь нависающим перекрытием во время отчаянных манёвров уклонения, которые, возможно, понадобятся в ближайшие часы.
— Поможешь мне поднять упаковку с «тарелкой» на крышу? — сказал Викрам.
— Давай сделаем это.
Пока Джейн надевала наплечную кобуру с «Хеклером» в чехле, Викрам сказал:
— Нас пока никто не может отследить, и мы в милях от глуши.
Она подняла конфискованный Glock 17 — как запасное оружие.
— «В милях от глуши» — не то же самое, что «в милях от беды».
15
В сопровождении машин Патруля автомагистралей Аризоны — сирены пронзительно воют, мигалки сверкают, но блекнут на фоне аризонской яркости, — Мустафа аль-Ямани ведёт простой чёрный «Субурбан» с достоинством, даже если он и Чарли заслужили — и привыкли — куда более возвышенные средства передвижения. Они несутся по межштатной автомагистрали I-19 с такой запредельной скоростью, что кажется: дорога провалилась у них из-под колёс, будто они летят на дюйм-два над асфальтом и мчатся, как пуля. Это невероятно бодрит.