Ни один из выездов с мотельной парковки не был перекрыт. Ни копов. Ни агентов в гражданском.
Всё казалось фальшивым — словно улица была всего лишь кинодекорацией на студийной площадке.
В рождающемся новом мире реальность всё чаще вытеснялась виртуальной реальностью.
Большинство людей было так очаровано высокими технологиями, что они не видели их потенциала для угнетения, но Джейн знала: в сердцевине машины есть тьма. Нынешняя культура радикально отклонилась от прежнего человеческого опыта, безжалостно сводя каждую женщину и каждого мужчину к простым политическим единицам, которыми можно манипулировать, дробя их на сообщества по их симпатиям и антипатиям, — чтобы всё, от машин до шоколадных батончиков, можно было продавать ещё эффективнее, лишая их приватности, отнимая и реальное сообщество разнообразных взглядов, и саму возможность личной эволюции, — цензурируя мир, который они видели через интернет, так, чтобы он соответствовал предпочтительным убеждениям самопровозглашённых «лучших».
В таком мире ежедневно случались моменты вроде этого, здесь, у Counting Sheep Motel, напротив Lucky O’Hara’s Bar and Grille с его улыбающимся лепреконом и горшком золота, — ситуации, которые казались нереальными и намекали, что мир сорвался с якоря разума.
В переднем пассажирском кресле её Explorer сидел мужчина. В тени большого дерева, при узорах пальмовых листьев, отражённых на лобовом стекле, его почти не было видно.
Подходя к водительской двери, Джейн держала пистолет у бедра, прижатым к ноге.
Стекло в водительской двери было опущено, давая ей лучший обзор того, кто её ждал. Она знала его. Викрам Рангнекар из ФБР.
Часть 2. Непогода
1
Ветер не выл, а стонал, словно Природа впала в отчаяние, и снег летел с северо-запада косо, без той мягкости, какую подсказывала сама картина, так что Том Бакл повернулся спиной к ледяным зубам метели.
Зрение прояснилось, когда слёзы, которые ветер выжал из его глаз, на миг согрели щёки. В сером призрачном свете скрытого и быстро клонящегося к закату солнца бескрайняя равнина, казалось, не растворялась в буре, а распадалась по дальним краям, осыпаясь в какую-то белую пустоту.
Он посмотрел на юго-запад, в сторону большого дома. Огни не были полностью скрыты снегом, но не различалось даже смутных оконных прямоугольников или узнаваемых фонарных столбов — лишь низкое, мутноватое янтарное свечение отмечало место далёкой резиденции. Том тосковал по теплу за стенами Уэйнрайта Холлистера. Он на миг вообразил, как возвращается, чтобы угнать машину — что-нибудь большое вроде VelociRaptor или бронированного Gurkha, — и уходит по целине либо проламывает какие-нибудь внушительные ворота при въезде на ранчо. Однако он верил тому, что ему сказали о способности системы безопасности засечь его приближение и о той беспощадности, с какой его расстреляют из пулемёта.
Драгоценные минуты уходили, два часа форы тикали, а он стоял в нерешительности, не в силах выбрать одно из направлений, не запрещённых ему. Дорог не было. И в той дуге свободы, что ему оставили, каждый из этих двухсот семидесяти градусов казался прямым маршрутом к неминуемой смерти. Он не был человеком природы. Его навыки выживания ограничивались смёткой, которая держала на плаву его кинокарьеру, но и её пока не хватило, чтобы попасть хотя бы в «Б»-лист режиссёров. Рождённый у портного и швеи, проведя тысячи часов за просмотром несметного количества фильмов, он знал природный мир по городским паркам, общественным пляжам и документальным лентам. На этой громадной, безлюдной, заметённой снегом земле он не знал, с чего начать, — ровно как если бы только что вышел со звездолёта на поверхность планеты где-то на дальнем краю галактики.
Он чувствовал себя маленьким и уязвимым — как не чувствовал со времён детства. Дыхание уходило из него бледными призрачными струями, будто с каждым выдохом он терял крошечную долю духа, населявшего его слишком смертную плоть.
Если он не знал, как выжить, одно он знал: Холлистер никогда не устроит той честной погони, которую обещал; этот безумный сукин сын не пойдёт пешком — он поедет на полноприводной машине. И миллиардер будет выслеживать добычу способами куда более изощрёнными, чем чтение следов и выискивание примет в маскирующем снегу.
Перед отъездом из Калифорнии Том посмотрел ранчо Кристал-Крик в интернете. Google Street View не дал никаких изображений, зато Google Earth показал обширные спутниковые снимки. Его поразили размеры главной резиденции и всех прилегающих строений; он был очарован зелёным простором этих двенадцати тысяч акров.