И вот перед ней — Викрам.
— За что ты меня стукнула?
— Я не хочу, чтобы ты умер.
— Не переживай за меня. У меня виннитюд.
— «Виннитюд»?
— Виннитюд. Я всегда приземляюсь на лапы, как кот.
— Как котёнок. Рикки де Сото — гадюка. Ты ему не чета.
— Очевидно, он меня не убил.
— Что просто поразительно. Ты заявляешься к нему и спрашиваешь, не он ли продал мне «левые» колёса — меня, самую разыскиваемую беглянку страны.
— Я понимал, что это… непросто…
— «Непросто»?
— Поэтому я не пошёл один.
Она закрыла глаза.
— Что бы ты сейчас ни сказал, лучше от этого не станет.
— Нас было пятеро. Брат. Дядя. Два кузена, включая Джуди — она как раз вела Escalade у библиотеки. В численности — сила.
— В численности нет никакой силы, — возразила Джейн.
— Что он сделает — убьёт нас всех?
— Да. Именно. Он бы, скорее всего, перебил вас всех, велел бы своим ребятам выкопать экскаватором общую яму, свалил бы вас туда, засыпал — и поехал бы спокойно пообедать.
— Первым делом я объяснил ему про «побочные» дела Бюро — и что оказал ему огромную услугу, удалив его оттуда.
— Я хочу ударить тебя ещё раз. Чёрт возьми, Викрам, в ту секунду он понял: только ты знаешь о нём, и только ты можешь когда-нибудь снова вернуть его в этот файл или сообщить о нём ФБР.
Потирая руку там, куда она его стукнула, Викрам подумал о том, что натворил. Помолчав, он сказал:
— Наверное, в тот момент всё могло стать… некрасиво.
— Некрасиво. О, ты ещё не знаешь, что такое некрасиво.
— Но не стало, — он ухмыльнулся. — Знаешь, почему не стало? Потому что Энрике на тебя запал.
— Это для меня не новость, Викрам. Если бы у меня не было отмазки «вдова в трауре», мне бы пришлось не раз наставлять на Рикки пистолет.
— Я объяснил ему, чем могу помочь, если найду тебя, и что почти наверняка найду тебя, если буду знать, на чём ты ездишь. Я показал ему на его компьютере, как я могу заходить через бэкдор куда угодно — от ФБР до Агентства национальной безопасности и Министерства внутренней безопасности. Он был в полном восторге. Предложил мне место в своей «компании».
— Это не компания, Викрам. Это преступная контора.
— Как бы там ни было, он воодушевился при мысли, что ты, возможно, переживёшь всё это — и потом будешь ему должна, и, может, станешь думать о нём как о сэре Гиллигане.
— О ком?
— Я понял, что он имел в виду Галахада, из рыцарей Круглого стола, но решил, что умнее будет его не поправлять.
— Вот почему у тебя до сих пор есть язык.
— В общем, — сказал Викрам, снова подняв правый указательный палец к крыше, — главное, что он мне поверил. Он сказал, что именно он в последний раз продал тебе и какие номера на это поставил.
По всей стране большинство полицейских машин и многие служебные автомобили госведомств были оборудованы системами кругового сканирования номерных знаков, которые автоматически считывали номера всех машин вокруг. Данные непрерывно отправлялись в региональные архивы, но также и в гигантский центр данных АНБ в Юте — площадью в миллион квадратных футов.
Три года назад, по указанию коррумпированных чиновников на самом верху Министерства юстиции, Викрам установил в систему АНБ руткит. Эта мощная вредоносная программа работала на таком низком уровне, что он мог плавать в их океанах данных, не рискуя привлечь внимание «акул» ИТ-безопасности.
Хотя Викраму и доставляло удовольствие демонстрировать Джейн свой гений — «моих злых маленьких деток», — хотя он и научил её заходить через бэкдор в сети телеком-компаний, в департаменты транспортных средств любого из пятидесяти штатов и во множество других систем, — он тщательно избегал подставлять её под обвинения в шпионаже. Он ни разу не показывал ей, как попасть в АНБ или в любую другую разведслужбу.
Поэтому, обзаведясь новым лучшим другом в лице Энрике де Сото, он вошёл через бэкдор в АНБ и стал искать в архивах сканов номерных знаков те номера, которые Рикки сообщил ему, когда продал Джейн Ford Explorer Sport.