— Ты собираешься убить себя? — прорычал Гай.
Она посмотрела на него широко распахнутыми глазами, открыв рот.
— Я как-то справлялась с этим последние двадцать восемь лет. Люди хрупки, но мы достаточно хорошо излечиваемся.
Гай внутренне содрогнулся от её слов. Интересно, Кон и Рис уловили в этом двойной смысл? Могли ли они догадаться, что он рассказал ей что-то?
— Нет, если свернёшь себе шею, — сказал Гай, и начал спускаться вниз по лестнице.
Он не знал, куда шёл, но это не имело значения. Она была в его руках, и он должен был сбежать подальше от Кона и Риса, чтобы успокоить свои мысли и дыхание.
— Я не должна была говорить этого, — прошептала она.
— Нет, — пробормотал он.
Она положила голову на его плечо. — Прости.
Он слегка сжал её и принес в комнату развлечений. Обычно в ней полно других Королей Драконов, но им было приказано держаться подальше от особняка из-за Елены.
— Такой огромный дом только для четверых вас. Почему-то мне кажется, что вас гораздо больше. — сказала она, её глаза мерцали весельем.
Он не отвечал, но она продолжала улыбаться.
— Так и есть. Я знала это, — шептала она, когда он посадил её на диван.
Гай отошёл от неё и заметил, как Кон удивленно взирал на него, подняв бровь. Не было никакой возможности даже пытаться отрицать что-либо. Он не держал в секрете то, что было между ним и Еленой.
— Очень покровительственно, — пробормотал Рис, проходя мимо. — Такое трудно не заметить.
Гай пригвоздил его взглядом, а затем повернулся к Елене и сел на подлокотник дивана.
— Ты хотя бы рассмотришь вариант возвращения в гору?
— Я не смогу, — сказала девушка и сосредоточила внимание на ногтях. — Разве ни один из вас не боялся чего-то настолько, с чем не хотел бы столкнуться?
— Нет, — ответил Рис.
Гай никогда не сталкивался ни с чем, чего бы боялся. До Елены. Она пугала его до чёртиков из-за чувств, которые в нём вызывала.
— Это не в нашем характере, — сказал Кон, пройдя к креслу напротив неё.
— То, о чём вы просите меня, всё равно, что просить кого-то, кто боится высоты спрыгнуть с крыши здания, — сказала она.
Дрожь в её голосе побуждала его вскочить и врезать Кону за то, что тот провоцирует её. Вместо этого она вцепился в свои колени.
— Вы не будете там одна, Елена.
— Нет? — спросила она и посмотрела на него. — Я не была одна со Слоан, когда она умерла. Она хотела, чтобы я спустилась туда с ней. Согласись я, и тоже была бы мертва.
Эта мысль заставила Гая похолодеть. Он встал и обошёл вокруг спинки дивана, запустив руку в волосы. Люди были хрупкими созданиями. Это всегда было фактом. Но у него никогда прежде не было того, кого он так отчаянно хотел обезопасить.
— Что, если я могу гарантировать вашу безопасность? — спросил её Кон.
Гай повернулся к Кону.
Елена нервно засмеялась.
— Никто ничего не может гарантировать, кроме смерти и налогов, Кон.
— Тогда, что я могу сделать для вас, чтобы вы передумали?
Кон редко делал подобные предложения, но когда делал, он имел в виду именно это. Елена могла попросить что угодно, и Кон выполнит обещание. Гай ждал её просьбу, не уверенный в том, как хотел, чтобы услышать ее ответ.
— Я ничего не хочу, — ответила она, наконец.
Светлые брови Кона взлетели вверх.
— Ничего? В это трудно поверить. Все чего-то хотят.
У Гая перехватило дыхание, когда Елена на него посмотрела. Она отвела взгляд вниз на свои руки, сложенные на коленях.
— Если бы я попросила раскрыть вашу тайну, то вы бы рассказали мне?
На челюсти Кона дернулись мышцы — единственный признак, что ему не нравилось, куда ведёт разговор.
— Да, — жёстко ответил он.
Она шумно выдохнула.
— Я не хочу знать вашу тайну. Я ничего от вас не хочу, — она развернулась на диване и встретилась взглядом с Гаем. — Но я помогу. Ради тебя.
— В пещере? — спросил он.
— Да, хоть и пожалею потом об этом. И моя угроза всё ещё в силе, Гай. Если я там умру, то буду преследовать тебя всю твою жизнь.
Пока Кон и Рис переговаривались, Гай позволил пальцам прикоснуться к спине Елены, стоя за спинкой дивана.
Глава 10
Елена в сотый раз спрашивала себя, какого чёрта согласилась вернуться в эту проклятую пещеру. Ей было страшно, даже не смотря на то, что она была обвязана верёвкой и привязана к Гаю.