Неизменная подруга Сонечка, которая стала крестной для малютки-Марка, весь период декрета Нели практически была ещё одним членом семьи. Для подруги София стала в каком-то смысле духовником. Она не позволяла Неле грустить и отчаиваться. Всячески подбадривала, вытаскивала на дополнительные прогулки, шоппинги, иногда просто заставляла быть привлекательной – буквально силой затаскивая в салоны красоты. А когда Марк сказал первое слово «мама» и чуть позднее сделал первый самостоятельный шажок, Неля очнулась по-настоящему.
У неё был сын. Он был практически копией Сержа. И его радостные любящие глазки вдохновляли маму на новые свершения в жизни.
Некоторое время женщине пришлось туго. Фирма, с которой она уходила в декрет, переживала тяжёлые времена, и Неля была вынуждена браться за любую работу. Так она очутилась на фабрике с вредным производством, где отработала около десяти лет. Потом со временем всё же вернулась в ту свою фирму. Там был рост по карьерной лестнице и всё то же любимое дело, которому она и посвятила огромную часть жизни.
А вот с Андреем жизнь складывалась сложнее. Первое десятилетие ещё нормально – каждый в большей мере был занят своей работой; за Марком присматривали родители Нели. Потом стала явно прослеживаться духовная отчуждённость между супругами. Их самих это не очень беспокоило – им было удобно жить под одной крышей, очень помогая друг другу в быту, но при этом уже не быть в полной мере вместе. Это списывалось на кризис среднего возраста, незначительные болячки, солнечные затмения.
На стороне, естественно, каждый имел интрижки и романчики чисто «для здоровья». Вряд ли это было секретом для кого-то из супругов. Андрей думал: «Я о ней догадываюсь, но не знаю – значит, ничего и нет. Она обо мне не знает и не догадывается». Неля же об Андрее знала, но делала вид, что даже не догадывается. Облегчённо вздыхая, что ее-то он нечасто домогается. Сама же иногда тоже позволяла себе некоторые эротические приключения, особенно, когда ездила к морю.
Этот вяло текущий семейный роман продолжался бы ещё очень долго и дожил бы, наверняка, до золотой свадьбы. Однако Андрей нашёл ещё одну альтернативу для выплёскивания эмоций, кроме сауны с девочками. Это вино, карты и рулетка.
Так, пережив серебряную свадьбу, пара оказалась в стадии подписания развода.
Выставить Андрея за дверь пришлось быстро и без долгих раздумий. Неля обнаружила пропажу золотых украшений и буквально тут же подловила мужа на том, что он с кем-то договаривался по телефону о сумме за них. И поскольку у женщины со временем стал очень прагматичный нрав, она схитрила. В результате украшения остались в доме, а муж – на улице, с чемоданом и без ключей.
Естественно, что в лице Андрея Неля нажила себе врага. Это могло быть опасно – человек в долгах способен на отчаянные действия по отношению даже к самым близким людям. Но Марк давно был уже взрослым мужчиной, понимал всю эту ситуацию правильно и реально мог и за себя постоять, и за мать. Тем более, женщина не выгнала мужа в «подзаборье». За ним так и числилась однокомнатная квартира родителей, которую он не успел ещё пропить и периодически сдавал, сейчас она как раз пустовала.
***
Неля стояла и смотрена на весеннее ночное небо.
Ещё несколько недель назад она ощущала полное блаженство от одиночества и спокойствия в отсутствие, как оказалось, до чёртиков опостылевшего мужа. Теперь чувство облегчения от морального прессинга постепенно сменялось приступами накатывающейся тягучей тоски. Женщина знала причину такого состояния, пыталась прогонять его, развеивать. Однако всё было тщетно. Раньше, когда по весне, в годовщину их романа с Сержем, наваливалась депрессия, Неля уезжала к морю, резко меняя обстановку. В этом году так не получилось из-за развода. Этой весной сбежать от себя уже не представлялось возможным.
За всю жизнь Неля так и не встретила человека, кто бы относился к ней столь внимательно и заботливо, как Серж, кто так же понимал бы все её движения души и чувствовал бы настроения, желания. Никто, кроме того призрачного мужчины, не знал тех заветных слов, что проникали в самое сердце. И никто не умел так же ласково и нежно произносить ее имя.
Любовь к Сержу Неля пронесла через всю свою жизнь. И не взирая ни на что, сейчас она, пожалуй, была ещё сильнее, пылала в сердце даже более жарким огнём, чем в юности. Горение этого очага женщина поддерживала всегда. Поэтому со временем его тепло как будто стало согревать всю Вселенную.
И в то же время звенящая пустота отсутствия любимого мужчины в этом мире отзывалась невыносимой болью, особенно в такие моменты, как сейчас. Боль порождала массу вопросов без ответа. Зачем? За что? Почему? «Сколько же можно ждать? Он же говорил, что вернётся. Почему жестокая судьба так распорядилась, что два любящих человека не могут быть вместе? Почему они должны маяться в пустынях одиночества по разные стороны измерений? А если это – испытания, то кому они нужны такие жестокие?! …Нет, нету Бога. Или Он совсем не милосерден. Как мог Он допустить эту разлуку? Если нам нельзя быть вместе, то зачем нужно было устраивать нашу встречу?!» – в отчаянии который раз рассуждала Неля. Но вспоминая самого Сержа, его признания, его объятия, она снова ощущала благодарность перед Всевышним: «Прости, Господи! Я не имею права так думать! Что бы я делала без Сержа, без тех ночей?! Это – огромное счастье, что Ты разрешил нам быть вместе. Пусть даже так мало, но вместе. Одна минута с ним стоит нескольких жизней! А Марк? Моё чудо, моё ясное солнышко, мой сыночек. Как он на него похож! – она нежно улыбнулась. – Спасибо, Господи за счастье быть мамой такого сына». От этих мыслей по сердцу разливалось блаженное тепло, и отчаяние будто отступало.
Вдруг на фоне луны возникла странная тень, и что-то встрепенулось в груди – вспышка внезапной надежды, вроде уже давно угасшей, на миг осветила всё существо женщины. И вместе с ночной птицей, пронзительно крикнувшей, исчезла в небытие. Здесь осталась ночь, пустота и то же знакомое колючее одиночество. По щекам Нели покатились слёзы: «Ты же обещал». Она плакала сдавлено, навзрыд, отчаянно.
***
Внезапно в комнату вошёл Марк и, увидев, что мама плачет, быстро обнял ее и повернул лицом к себе.
- Ты чего? Что стряслось?! – испугался он.
Неля постаралась унять слёзы, и хотела было под любым предлогом уйти в спальню, чтобы уклониться от разговора. Однако ей это не удалось. Сын усадил маму в кресло, включил торшер, дал попить воды, и сам сел напротив с вопросительным видом. Когда Неля немного успокоилась, Марк серьёзно сказал:
- А теперь рассказывай всё по порядку, как есть. Проблема? Будем решать, а не слёзы лить.
Женщина отмахнулась:
- Нет никакой проблемы. Просто накатило - она хмыкнула – Была бы я поэтессой, так стихи бы хоть писала, а так… Раньше рассказы сочиняла, а теперь разучилась что ли: два слова связать не могу. Вот и плачу вместо этого. Надо же как-то давать выход нерастраченным чувствам. – Нелю почему-то рассмешило своё же пояснение.
Марк тут же вспомнил свою сегодняшнюю «догадку» и решил, что сейчас лучший момент, чтобы вывести маму на откровенность. Даже если волнующей его темы не удастся коснуться, то пусть она хотя бы просто выговорится – ей станет легче.
- А ты мне в прозе расскажи суть, – предложил сын и ласково посмотрел на маму.
В неярком свете торшера он был особенно сильно похож на своего настоящего отца. И Неля еле сдержалась, чтобы вновь не заплакать. Ей конечно очень бы хотелось поведать Марку о том, чей он сын на самом деле, рассказать, каким человеком …был его отец; чтобы сын открыл для себя творчество Сержа не только как любимого исполнителя мамы, но и как родного человека…