Эта "блондинка с длинными ногами", была настолько стара, что старая краска ,когда проводишь пальцем по ней, с легкостью отколупывается. Да и приличное количество трещит и впадин говорили сами за себя.
Кевин взял рядом стоящие коробки и, забравшись на них, стал рисовать что-то грандиозное.
-Слушай, помнишь ты говорил, что каждому Аируденномену даётся свой номер? - я отошла подальше от стены и стала наблюдать за его движениями, потому что сама я не знаю что нарисовать.
-Да, по сути, ты 595, но, так как ты-единственная кто имеет власть над вирусом, то считай ты и тут номер один. – Он нарисовал две большие дуги и палку между ними. Это что, птица?
-Кевин, а что ты рисуешь? – я решила отойти подальше и посмотреть на картину целиком. Да, это птица.
-Это символика организации, которая занималась вирусом, - он в сотый раз сменил баллончик и стал прорисовывать детали, - это теперь твоя символика.
Я ещё какое-то время наблюдала за его движениями. Это его Кайл научил? В конце над самой птицей он написал:
«Я Аируденномент 595»
Рисунок занимал почти всю стену и закрывал все надписи, которые присутствовали там до.
- А вот скажи мне, я могу так представляться, если с кем-то познакомлюсь? Мне кажется, это хороший способ заинтересовать, - он слез с коробок и подошел ко мне, чтоб посмотреть как его творение выглядит со стороны.
-Сто-о-о-ять! Вы задержа-а-а-ны за вандализм!
Кричал офицер, ели-ели справлявшись с отдышкой.
- Неужели я вас нашел? Да, не так-то просто убежать от Мистера Пупсика! Съели? Сопротивление бесполезно! Гребанные Американцы, не ожидали, да?
Он сделал небольшой прыжок, и оказался спиной к нам. Офицер начал крутить задницей как Никки Минаж.
- Мистера Пупсика? Ну, что ж, всё-таки тебе придется побегать за нами, - он в тысячный раз хватает меня за руку, и мы начинает убегать от пародии на Никки Минаж или проще -Мистера Пупсика. Жаль в данный момент мне только баллончики, которые мы оставили.
Мы бежим с Кевином по самым тёмным и грязным улочкам этого города. Толстый офицер, который ещё тридцать секунд назад был с пончиком в руках, отчаянно пытается нас догнать. Одновременно спотыкаясь обо все подряд.
- Стоять!
Мы выбегаем на оживленную улицу и, громко смеясь, резко сворачиваем влево. Теперь по дороге нас преследует ещё и их машина. Сейчас я чувствую себя свободно. Ни адреналина, ни волнения, а лишь забаву. Я бегу от полиции, находясь на другом континенте, и с человеком, который заменил мне семью. Мы вместе, и, даже в такие моменты, на душе от этого тепло.
В итоге, восьми пудовый офицер падает на меня, тем самым пытаясь задержать. Мне кажется или я слышала, как хрустят мои ребра. Кевин начинает ещё больше смеяться. При этом выгибаясь в спине и держась за живот.
- Ну, чувак, ты ничего не мог по лучше придумать? Так и заключённого убить можно.
Нас посадили в машину, не надев наручники. Второй офицер, не менее худой Негр, включил просто ужасно весёлую индейскую песенку.
Я достала телефон, у которого на экране появилась трещина от толстенного зада этого мистера.
- Может, Селфи? - я начинаю фоткаться с офицером. Нет, ну а что? Не каждый день тебя за вандализм сажают.
Глава 37.
-Подъём, за вами пришли!
Я открыла глаза, и потёрла левую часть лица. Что и ожидалось, я её совсем не чувствовала. Парень в форме, с ноги открыл дверь, которая с грохотом ударилась об железную решетку. А ощущение были такие, как будто она ударилась об мою голову.
- За вас заплатили, пройдете к посту охраны, и вам вернут ваши вещи, - он снял с нас наручники, которые на нас в итоге одели по приезду, и вышел из камеры, оставляя нас на едине с мучающими недугами.
Ночь в полицейском участке – самое ужасное что можно придумать. Запястья ужасно ноют от наручников, в самой камере холодно, голодно, и ужасная бетонная скамейка после которой все тело болит, и раскалывается голова. По коридору постоянно ходят копы, шлёпая ботинками, и гремя ключами. Здесь и так спать почти не получается, а ещё дополнительные факторы имеются. На столько разбито я себя не чувствовала даже после вечеринки.
Кевин сидел в состоянии ничуть не лучше моего. На пол его лица был красный след. Наверное, на моём тоже самое.
Ни сказав ни слова друг другу, мы вышли из комнаты-ужаса, и в сопровождении еще одного парня в форме, дошли до стола регистрации. Там нас ждала высокая девушка в красном платье, и в соответствующих красных каблуках. Единственная её отличительная черта от всех сексапильных моделей, это горбинка на носу, которая была почти не заметна, и шрам через всю ногу. Это уже закономерность: у Кевина на шее, у меня на руке, а у неё через всю ногу. Это как-будто какой-то обряд посвящения. У всех нас есть какой-то шрам, связанный с тем или иным событием.