Выбрать главу

 

- Пандора? Ты? А где ребята, Эмбер? – Кевин очень оживился увидев девушку. Я предпочла немного спрятаться за него, и наблюдать за всем со стороны.

 

- И тебе доброе утро, - она сняла рюкзак с плеча, и дала его мне в руки, - я вам свежие вещи привезла, кажется, прототипный душ, тоже надо было взять.

 

Она развернулась, и легкой походкой пошла к выходу. Я взяла из рук милой женщины на посту свой телефон, и карточку из библиотеки.

 

- А кто это? – мы вышли из здания, и одновременно защмурились от яркого солнца. Шум машин, и людей ещё больше давил на психику.

 

- Эта та самая девушка Бенджамина. Пандора Кольт. Да-да, она уже его фамилию примерила.

 

Эта Пандора легкой походкой, и с улыбкой на лице прошла до машины, и обернувшись сказал:

 

- Вы где там застряли? Скоро ребята проснуться, нам лучше вернуться до этого.

 

***

 

- Слушайте, а чья коллекция Брогов и Оксфордов? – пока мы ехали спросила я.

 

- Гарри, он их бережет как зеницу ока, - ответил Кевин, - Пандор, расскажешь что произошло пока нас не было?

 

- Эмбер сначала очень сильно злилась, когда узнала что вы уехали никого не предупредив, но потом успокоилась. А ещё скоро будет перестрелка с третьем лицом в Китае. Так что ребята, вам придется снова приводить себя в форму.

 

- Какое ещё третье лицо? –спросила я.

 

- Это еще одна плохая корпорация, о которой мы ничего не знаем, - ответила Пандора, - но, думаю скоро узнаем.

 

- Они могут быть как-то связаны с Вальтером? – спросил Кевин.

 

- Запросто.

 

***

 

Мы уже приехали домой. И выслушав все недовольства Эмбер по поводу нашей немного долгой прогулки, я наконец смогла принять душ, и покушать.

 

Сейчас мы все сидим на кухне, и обсуждаем план дальнейших действий. Только что проснувшийся Гарри ест яичницу, Бенджамин капается в компьютере, и Кевин с Эмбер разгадывают кроссворд,  Кайл ищет еду, а я сижу с мокрой головой, и пью чай.

 

- Ну как Бенджамин, нашел что-нибудь стоящее? – спросил Гарри с набитым ртом.

 

- Вообще  ничего, у меня ощущение что их  не существует, вдруг это все подстроено, и это будет очередная сходка с Вальтером? – пробормотал Бенджамин себе под нос.

 

В этот момент на кухню зашла Пандора.

 

- Даже если там будут все Уайты, и Скази, нам то чего? Какая разница кого убивать? – она налила себе кофе, и встала облокотившись об столешник. Эти слова мне кого-то напоминают... Жестокость.

 

- Назначенное место, это здание где хранятся все наши секретные документы. И что-то мне подсказывает, что они уже совершенно не секретные. По этому есть разница кто это. Если Вальтер, то нам капец, если третье лицо, то нам тоже капец, только возможно чуть-чуть поменьше, - Бенджамин – голос разума.

 

- А когда это всё должно произойти? – спросила я.

 

- Дней через шесть , - он захлопнул ноутбук, и посмотрел на меня, - по этому твои тренировки следует начать прямо сейчас.

 

- А я думаю, для начала стоит доесть, и как следует отоспаться, - Эмбер – постоянство.

 

- Солидарен с этой дамой. Сьюзан и так всю ночь с Кевином в обезъянике провели, дайте людям оклематься, - Гарри – доброта,  и радость.

 

- Это всего лишь полицейский участок, здесь нет ничего такого сверхъестественного, - Кайл – храбрость, и сила.

 

- Честно говоря, пятьдесят на пятьдесят, - Кевин – честность.

 

Все они как отражение меня самой в разных случаях. Я до сих пор помню свой внутренний монолог с жестокостью. Эта была борьба с самой себя.

 

Может, в этом тоже есть какая-то маленькая ниточка? Только видна она на этот раз только мне одной. Что если все эти люди подобранны по определенной системе?

 

Что будет если исчезнет Эмбер, постоянство. Начнётся хаус. Большой дворцовый переворот. Не будет командира, не будет и самой команды. Все начнут делать, то что хочется им. Вместе с ней исчезнет постоянство перемирия.

 

Что будет если исчезнет Гарри, радость и доброта? Никто не будет заводить разговоры ожимастой лелё, и не будет веселить всех на задании своими пьяными выходками. Пропадет радость, и всё сольётся в одну большую, серую, массу. Так же пропадет и жестокость. Она не может существовать без доброты.