Что будет если исчезнет Кевин, честность? Я буду жить во вновь нарастающем комке фальши. У всех будут очень запутанные разумы, а уровень лжи преодолеет черту возможного.
Все они работают как слаженный механизм, как шестерёнка. Но, что это может означать?
Глава 38.
Это произошло днём. Мы с Кевином просто выехали за продуктами, а на нас напали раньше чем мы успели выехать за лес.
Сначала по нам стали стрелять. Кевин накрыл меня своим телом, и мы вместе нагнулись вниз. Я кричала, и до синяков сжимала его спину. Все стёкла были выбиты, а корпус был похож на решето. Нас прикрыл капот.
Дальше, хуже. Нас решили усыпить. Они пустили газ, который почти усыпил нас. Я все ещё находилась в сознании, но власть над собственным телом была полностью потеряна.
Мужик в маске, подошёл к нашей машине, и вытащил моё почти бездыханное тело на асфальт. Нет, он не убил меня. Лишь замахнулся ножом, но что-то в итоге его все равно остановило. Нас нашёл Бенджамин спустя несколько часов. И только на следующий день я очнулась дома в постели.
***
После пережитого ещё одного покушения на мою жизнь, я точно решила: мне надо тренироваться. Надо научиться стрелять, и точно бить по груше. А то не дай Бог на меня где-нибудь ещё раз нападут, а я смогу лишь ударить между ног.
-И так Сьюзан. Это твоя первая тренировка, и не расстраивайся если не все сразу получиться, - говорил Бенджамин, ходя вокруг груши.
- Так точно, учитель! – отдала честь я.
Бенджамин учил меня боксу, Гарри стрельбе, а остальные парни сами приводили себя в порядок. Нам предстоит трудная неделя перед встречей в Китае.
- Нет Сьюзан, так скорее груша бьет тебя, а не ты её, - я только начала, а Бенджамин уже вносил свои поправки.
Вторая попытка, третья, четвертная. Теперь я начинаю правильно наносить удары. Ещё небольшая разминка на беговой дорожке, и снова заново... Попытка, промах, ещё одна, промах, третья попытка, удача.
Дальше. Стрельба с Гарри. У оружия оказалась слишком сильная отдача, и я чуть не лишилась глаза.
Мышцы на руках горят от тяжести пистолета. Соберись, не сдаваться, не сегодня. Пот после занятий боксом все еще стекает с меня. Я почти на исходе.
С пятого раза я попадаю в мишень. Еще раз. Удача.
Гарри демонстрирует свою хорошо отточенную стрельбу, и ставя меня в правильную позицию, даёт кое-что потяжелей. Ноги ватные, а колени согласны принимать только согнутое положение. Я справлюсь, я справлюсь...
После четырёх часов, изнурительной тренировки, я взяла большую бутылку с водой, и вышла на балкон.
Там стояла раскладушка, на которой сидела Эмбер, и читала книгу по Квантовой Физике.
Она обернулась, посмотрела на меня, и пригласила сесть рядом на соседнее кресло:
- Сьюзан, садись, я хочу тебе кое-что дать, - она положила книгу в сторону.
Почему все хотят поговорить со мной на серьёзный вещи, именно когда я выхожу подышать на балкон?
- Сьюзан, возможно ты сама этого не замечаешь, из-за постоянных переживаний, или бесконечногопотока эмоций, и ещё этого ужасного нападения со стороны третьего лица, но видим все мы, на сколько на самом деле ты напряжённа, и на сколько тебе на самом деле сложно, - она положила руку мне на предплечье, - возьми эти ключи, иди в подвал, там мой кабинет. Каждый из нас уже много лет ведёт дневник, где они рассказывают о своих чувствах, действиях, и все в этом роде, - она положила ключи мне в ладошку, - тебе надо выговориться, дорогая.
Я смотрю на неё из подо лба, кратко киваю, и снова оказавшись в борьбе с самой собой, ухожу с балкона, и иду к лестнице которая приведет меня к кабинету.
Напряжена? Да, она права, я действительно не замечала многих эмоций за большим изобилием адреналина.
В данный момент, её слова сняли с меня эту пелену. Я начала чувствовать все. Страх, изменения, а самое главное, что я нахожусь на точке невозврата. Обратного пути нет. Его просто не существует. В школе если ты получил плохую оценку, ты всегда можешь исправить её на более хорошую. Испачканные вещи можно постирать. И даже разбитое сердце можно склеить супер мощным клеем под названием – забота. А вот целую жизнь в один щелчёк изменить никак нельзя.
Я захожу в кабинет Эмбер, который больше похож на лабораторию, или комнату пыток.
Сажусь за кресло, и включаю перед собой камеру. Эмбер считает, мне нужно выговориться, что я сейчас и собираюсь сделать. На экране компьютера моё немного помятое после тренировки лицо. Которое кажется, состарилось из-за постоянных нервов. Слышен писк, съемка началась.