Роман снял и протер закоптившиеся от дыма очки.
- Чем же он тогда живет? – удивился он.
- Ну, я думаю, он периодически батрачит у односельчан. Его нанимают для самой черной работы.-навоз из свинарников выгребать, туалеты чистить. А вообще, его мать при жизни как-то сумела оформить ему пенсию по инвалидности, но почти всю ее Степка успешно пропивает.
- А еще, - ввернула Ольга, - Насоса можно часто встретить в пунктах приема металлолома или вторсырья, К тому же, он отлично умеет давить на жалость. В Кургановке немало сердобольных, которые и накормят на халяву, и одежду старую ему отдадут..
- Но что случилось с его,так сказать, фамильным гнездом? С его домом?–поинтересовалась Римма.
- Степка его спалил, - просто ответила Ольга.
Платонов кивнул.
- Пожар был страшным. А главное, деваться Насосу после этого стало некуда было, вот он с тех пор и живет на пепелище.
- И зимой?!
- А как же! И зимой! – хмыкнул Вадим и опрокинул себе в рот стопку водки.
Среди собравшихся у мангала воцарилось удивление.
- Да-да , - повторил Платонов, - И зимой, и летом! В это трудно поверить. В зимнее время нормальный человек и недели бы не протянул , но вот Насос у нас оказался морозоустойчивым! Он, в некотором плане, даже феномен, образчик для научного изучении.
Вадим уже был невеселе, количество выпитых стопок водки отобразилось на его раскрасневшемся лице. Роман, Римма и Ольга, которым алкаголь , тоже кружил голову , расслабленными взорами наблюдали за причудливой игрой отблесков огня мангала на плитках брусчастки.
Воодушевленный их вниманием Платонов в ярких красках живописал историю жизни своего соседа , щедро снабжая ее подробностями , делавшими честь его наблюдательности. Благодаря его словесному искусству, роковая для Степки-Насоса ночь , послужившая переломным моментом в его бытие , предстала перед слушателями так зримо, словно они сами были свидетелями мрачных событий.
Причиной огненной катастрофы вполне предсказуемо послужила непотушенная сигарета, выпавшая из рук заснувшего Степана на старый, вытканный еще его матерью, полосатый ковер..
К слову,одобное происходило уже далеко не в первый раз, однако до сих поры не оставляло последствий. Насоса словно черт оберегал. Однако, в ту, апокалиптическую ,ночь его хранитель из преисподней, видимо, исчерпал все запасы своего адского терпения…
Итак, в роковой вечер сигарета, упав на коврик, не потухла. Пьяный в стельку Степан совершенно не заметил, что при соприкосновении с ней старая, видавшая виды материя коврика вдруг начала тлеть.. Он , как обычно, погрузился в сон. «Отключался» он всегда с готовностью , зато его пробуждения были сопряженны с неприятными ощущениями похмелья, голода, холода и прочими..
Но кошмарное пробуждения, ждавшее Степана Малахова в Ночь Огня, ни с чем подобным не было сравнимо!
Первым дискомфортным ощущением его тела был жар,который, с каждой секундой становился все сильнее.. Он погнал сны Насоса к прохладным источникам воды, ключам, бьющим прямо из-под земли, к их живительной влаге…
И в тот момент, когда острое желание прохлады достигло апогея, Степка, соверщив над собой немалое усилие, разлепил глаза и… узрел вокруг себя настоящий ад..
Вначале он, собственно, решил, что словил=таки «белочку», глядя, как по полу и по обветшавшим обоям на стенах ползут , извиваясь, словно змеи, ленты оранжевого пламени в шлейфе серого, удушливого дыма.
Вонь, сопровождавшая их стремительное продвижение, закупоривала Насосу ноздри, он начал задыхаться.: С диким воплем он вскочил с дивана и, как оказалось,вовремя: «родные братья» пламенных «змей», вдруг вырвались из-под днища старенького ложа. В следующую секунду, они, слившись в единое целое,заплясали по матрацу…
Путь наружу через дверь был отрезан.стеной огня, но Степку спас правильно сработавший инстинкт выживания.
«Автопилот» заставив его со всех ног рвануться к окну.
Сорвав с карниза охваченную пламенем занавеску, Степан плечом и головой врезался в стекло,и в водопаде посыпавшихся осколков вывалился в спасительный двор. Изрезанный, окровавленный, наполовину оглушенный падением,но живой, он сообразил, что разрозненные до сих пор очаги огня , пожиравшие его мебель, плотно сомкнули свои ряды,и в считанные мгновения за его спиной образуется сплошная огненная геена. От которой пусть с жалобными воплями, пусть истекая кровью ,но нужно отползать, как можно скорей.