— Да как можно так жить? Ни кола ни двора, всё время в разъездах.
«Бомжи какие-то».
Он направился к другому вагончику, что находился в нескольких метрах. Начиная обходить чёрный грузовик, Митя резко замер, так как в нос ударил какой-то странный неприятный запах. Парень остановился, принюхиваясь. Выходило так, что запах исходил именно от того громадного грузовика, возле которого он в данный момент находился. Пахло, а точнее воняло именно так, как это бывает в мясном ряду на рынке.
Предчувствуя нечто нехорошее, Митя потянул тяжёлую дверь кузова, приоткрывая её.
Снова воспользовавшись зажигалкой, он осветил пространство и почувствовал, как волосы в буквальном смысле зашевелились у него на голове.
На ржавых крючьях, что были вмонтированы в потолок, висели туши, явно принадлежащие людям. Со снятой кожей, другие без какой-либо части тела, слегка покачивались. Вытянутые руки самым краешком касались залитого кровью и дерьмом пола, а мёртвые глаза смотрели в пустоту.
Парень застыл, раздумывая, что ему делать дальше. Было несколько вариантов на выбор. Выблевать свой ужин, или броситься с криком ужаса, как можно дальше от этого проклятого места. Митя выбрал первое, но не успел совершить задуманное. Ком с рвотой застыл у него в области горла. Страшная мысль пронзила мозг.
«Почему они покачиваются? Недавно здесь кто-то был?»
Он насчитал восемь тел, прежде чем желудок в конце концов взбунтовался, и содержимое не выплеснулось к его ногам. Его рвало до тех пор, пока в нём ничего не осталось.
Наконец выпрямившись и чувствуя предательскую дрожь в ослабевших ногах, парень развернулся, и вскрикнул. Не далее чем в паре метров от него стоял клоун. На разукрашенной жуткой морде блуждала злобная ухмылка, показывая острые клыки. Но на клыки, Митя обратил меньше всего внимания, так как в руке клоуна находился здоровенный мясницкий нож.
— П-п-л-лох-хой м-маль-ччик, — прошипел клоун, начиная надвигаться.
Его рука со скоростью молнии метнулась вперёд, но каким-то чудом Митя успел уйти в сторону и острое лезвие вонзилось в дверь грузовика, входя на несколько сантиметров в металл.
«Домой! Я хочу домой!»
— Пл-лох-хо с-себя в-ведёш-шь, — продолжал изгаляться клоун, пытаясь выдернуть своё орудие. — Т-такие, к-как т-ты, п-поподают-т в ад-д.
Нашарив в кармане выкидной нож, Дмитрий скользкими от пота руками вытащил оружие, слыша, как щелкнуло острое лезвие.
Замахнувшись, он ударил прямо в спину, между лопаток. Но каково было удивление, когда клоун просто расхохотался, по-видимому, даже не ощущая воткнутого в него лезвия.
— Т-тебе с-страш-шно, м-мальч-чик?
Да, Мити было страшно до ужаса, до усёра, и поэтому он бросился бежать. Парень мчался вдоль грузовиков и вагончиков, перепрыгивая через препятствия, которые попадались ему на пути. А позади слышался демонический смех клоуна, который преследовал его.
Особо не разбирая дороги, молодой человек продолжал бежать, пытаясь скрыться от того существа, что шло по пятам. Он старался держаться во мраке, чтобы не был так заметин.
— М-мальч-чик! — слышалось ему вдогонку. — Я т-тебя н-найду. Я ч-чувс-ствую т-твой с-страх.
Мите хотелось выбежать к людям, но их, к огромному сожалению не попадалось. Он вообще, как понял, бежал в совсем другом направлении. Цирковой городок казался ему бесконечным и создавалось такое ощущение, что весь этот кошмар никогда не закончится.
Но вот наконец он увидел просвет среди грузовиков. Резко остановившись, парень метнулся в сторону, прячась за огромным колесом. Преследовавший его клоун пробежал мимо, не заметив, но через десяток метров замер, вертя головой в рыжем парике. Казалось, что он принюхивается.
Митя затаил дыхание, поглощённый вниманием к маньяку, который находился не так уж и далеко и поэтому не почувствовал позади движение. А когда чья-то ладонь мягко легла ему на рот, парень дёрнулся и испуганно замычал.
— Тихо, — прошептал голос ему на ухо. — Иди за мной.
Страх отпустил, перерастая в надежду.
Митя поднялся и побрёл за фигурой, которую нельзя было разглядеть в темноте. Парень двигался на автомате, то и дело тщательно прислушиваясь. А вдруг сейчас он услышит безумный хохот клоуна, и слова, что приводили в трепет:
— М-мальч-чик.