Но она все-таки опустилась рядом со мной на землю и отдала мне Вика. Благодаря её силе валькирии было не сложно аккуратно открыть капкан, защелкнувшийся на задней лапе грифона. Рори освободила лапу из металла, затем Дафна захлопнула ловушку и отбросила её в сторону.
– Ужасная вещь, – пробормотала она.
Я оставалась сидеть на земле рядом с грифоном, продолжая гладить его.
– Всё хорошо, дружочек. Теперь всё будет хорошо.
Я не знала, понимает ли он меня, но грифон вскочил на ноги и сразу упал, сопровождая всё это ужасным криком. Этот вопль свидетельствовал об ужасной боли.
Я снова повернулась к Дафне.
– Как думаешь, сможешь исцелить его своей магией? У него жуткие боли, не думаю, что он позволит отнести его к ручью, туда, где нас ждут остальные.
Дафна посмотрела на грифона, сомнение отражалось в ее чёрных глазах.
– Наверно, могу попробовать. Я ещё учусь обращаться со своей магией. Но я понимаю, что ты пытаешься сказать: мы не можем оставить бедного малыша просто лежать здесь. Попытка – не пытка.
Дафна положила на землю свой лук и осторожно подобралась к грифону. Существо разглядывало её с таким же подозрением, как и меня ранее, поэтому я поспешила положить руку на его лапу и послать различные воспоминания о Дафне и нашей дружбе.
– Она позаботится о твоей лапе, – объяснила я грифону.
– Всё будет хорошо, вот увидишь.
Дафна призвала магию, и розовые искры, сыплющиеся из кончиков её пальцев, соединились в красивое золотисто-красное свечение. Валькирия наклонилась вперёд и осторожно прижала руку к бедру грифона, прямо над тем местом, где металлические зубцы впивались в плоть. Свечение медленно растеклось по телу существа и скапливалось в уродливых разорванных ранах, охватывающих лапу. Я наблюдала, как края ран медленно затягивались, заживая, не оставляя никаких следов.
И всё это время я чувствовала успокаивающую силу магии Дафны. От неё исходили волны и обрушивались на грифона. Уже только от того, что я рядом, когда она применяет свою магию, я чувствовала себя немного сильнее, а на сердце становилось легче. Я знала, что если бы сейчас положила на нее руку, то увидела бы светлую розовую искру, горящую в глубине её сущности.
– Вот, – сказала Дафна несколько минут спустя. – Готово.
Она опустила руку, выпрямилась и устало вздохнула. Когда я посмотрела на грифона, то увидела, что все его раны затянулись. Если бы не запёкшаяся кровь на шерсти, я бы и не подумала, что грифон был ранен.
Малыш-грифон, казалось, тоже почувствовал разницу. Он поднялся на ноги и пришелся взад-вперед, словно опробуя свою ещё недавно раненную ногу и выясняя, насколько хорошо Дафна сделала свою работу.
– Эй, – я снова протянула к нему руку. – Может лучше не спешить...
Но было уже поздно.
С громким криком грифон захлопал крыльями и поднялся в воздух. Мы с Дафной вскочили на ноги. Несколько секунд он парил в воздухе, затем издал пронзительный крик, взмыл к вершинам деревьев и скрылся в пасмурном, сером небе.
Мне оставалось только, запрокинув голову, смотреть в небо, туда, где ещё недавно находился грифон. Если бы всё зависело от меня, я провела бы с ним ещё некоторое время. Но он – дикий, неукрощённый, как и сказал Ковингтон. Я уже должна быть благодарна за то, что он разрешил нам помочь ему. Зато теперь грифон свободен, а лапа здорова. Этого должно быть достаточно. Ну и просто смотреть, как он словно ракета взмывает ввысь, – уже удивительно.
– Итак. Это было странно, – подытожила Рори. – Вы постоянно вытворяете что-то подобное?
– Чаще, чем можно представить, – ответила Дафна.
Рори отошла в сторону, куда Дафна выбросила капкан, присела на корточки и уставилась на него. Ну и мы с Дафной за компанию. Как ранее сказала Рори, капкан, скорее всего, медвежий – но зубцов больше обычного. Кровь грифона виднелась на нескольких острых металлических зазубринах, и меня замутило от этого зрелища.
Дафна толкнула меня плечом. – Не хочешь проделать с ним ту штуку? Может, это даст нам подсказку.
Не особо я хотела использовать психометрию на ловушке, но подруга права. Так что я присела на корточки и прикоснулась к части металла, не испачканной кровью. В моём разуме вспыхнули образы грифона, пытающегося освободиться, но я отодвинула их в сторону, чтобы узнать, кто вообще спрятал здесь ловушку. Какое-то время я видела только лежащий на земле капкан, спрятанный под кучей листьев, усыпанных снегом. Я сосредоточилась на том, что было еще раньше.
Перед моим внутренним взором появились две руки. Я сосредоточилась на воспоминании, пытаясь настроить резкость картины, но увидела только, как кто-то положил ловушку, закопав её листьями. Во мне поднялось разочарование, потому что я даже не увидела этого человека – только его руки. Ещё хуже то, что они были в черных перчатках, так что я не смогла уловить даже малейшего намёка на то, кому принадлежат руки: мужчине, женщине или подростку моего возраста.
Открыв глаза, отпустила ловушку и поднялась на ноги.
– Что-нибудь узнала? – спросила Дафна.
Я покачала головой и надела перчатки.
– Ничего. Какой-то Жнец спрятал ее здесь.
Рори смотрела на капкан, затем пнула его достаточно сильно, чтобы тот ударился о соседнее дерево. Она сверлила металл сердитым взглядом, будто хотела испепелить его. Мы с Дафной обменялись взглядами, но ничего не сказали. Мы прекрасно понимали подобную злость на Жнецов, потому что не можешь ничего предпринять против них.
Дафна наклонилась и схватила свой лук.
– Итак, если мы закончили играть в ветеринаров, тогда пойдемте. Нас уже давно ждут.
Глава 23
Вернувшись к ручью, мы поняли, что все занимались своими делами и никто даже не заметил нашего отсутствия. Оливер даже взгляда от мобильника не оторвал, когда мы прошли мимо. Снова строчил смски. Удивительно уже то, что здесь наверху есть связь, ну да ладно, значит, ему повезло.
Спустя минут пять все были готовы отправляться в путь, посему мы дружно вернулись на крутую, извилистую тропинку. Я огляделась по сторонам, посмотрела даже в облака, но малыша-грифона нигде не обнаружила. А также никаких признаков таинственной тени, которая вела нас с самого начала похода. Может быть это все-таки просто любопытное животное, которое задавалось вопросом, почему люди разгуливают в его лесу.
Время от времени между нами завязывался коротенький разговор, но по большей части все молчали. Ребята постоянно вглядывались в лес вокруг тропы, а Аякс без конца бросал дикие взгляды через плечо, будто ожидал, что вот-вот кто-то нападёт на нас сзади. Каждый держал оружие наготове – только на тот случай, если Жнецы начнут атаковать ещё перед руинами. Но шли минуты, затем часы, а Жнецы всё не появлялись. Я была на грани того, чтобы плаксиво спросить, как далеко нам ещё идти, когда мы добрались до высшей точки хребта. Мы замедлили шаг, потом и вовсе остановились, затем выстроились в линию, чтобы посмотреть на вид, открывавшийся с этой точки.
Перед нами распростерся ненадежный висячий мост, раскачивающийся и обвисший, перекинутый через широкое глубокое ущелье. На другой стороне торчали разрушенные остатки чего-то, что когда-то по всей видимости было усадьбой.
– Пришли, – сказала Рейчел. – Добро пожаловать в руины Эйр.
Фотографии Ковингтона не соответствовали действительности. Красивый черноватый камень тянулся так далеко... Валуны располагались аккуратными кучками, будто стены какого-то здания сложились как домино, образовав определённый рисунок. Густой зелёный плющ полз поверху, вился вокруг и частично прорезался через камни и снег, покрывающий их. Чуть поодаль в руинах я видела яркие цветные пятна, скорее всего это полевые цветы и другие растения, цветущие на большом дворе, несмотря на суровую зимнюю погоду.
– Ага, – буркнул Алексей, – не стоит останавливаться.
– Да, – согласился Карсон слабым голосом, заглядывал через край в ущелье. – Давайте пойдём дальше.