Его умозаключения по молодым посетителям в один миг разрушились. Без всякого сомнения, они были его земляками. Русская речь лилась из уст каждого, как из рога изобилия. Смотритель отошел в сторону и несколько напрягся. Ему было очень интересно послушать, что сейчас говорили люди из демократической России. Поражала его своим красноречием скуластая девушка, одетая в джинсовый костюм. Скорее всего, она была старшей группы. Она подошла к бюсту одного из немецких военачальников, погладила рукой по его голове и с улыбкой произнесла:
─ Смотрите, он похож почти на Ленина… ─ Затем с очень серьезным видом она сделала резюме. ─ Наши ученые совсем недавно провели анатомические исследования тела и головы Ленина. Они пришли к выводу ─ у него страшно большие отклонения от обычных людей… Он, скорее всего, недоразвитый…
Сенсационное сообщение скуластой прервала его подруга, девушка с сильно приплюснутым носом. Она, слегка прикоснувшись пальцем к лысине мужчины-бюста, скороговоркой протараторила:
─ О неполноценности Ленина я также прочитала в каком-то научном журнале… В его голове нашли много извести, она плохо действует на человеческий мозг…
Научные умозаключения россиянок Чубчикова убили наповал. Он тихо хихикнул себе в кулак, но выдавать свое недоумение или свою принадлежность к молодым землякам не стал. Он лишь сделал пару шагов вперед, в сторону необычных посетителей и вновь напряг внимание. В полемику о некогда великой исторической личности вступил бледнолицый парень, он был высокого роста и с прической под ноль. В отличие от девушек, каждая из них погладила лысину металлического идола, он этого не сделал. Наоборот, он несколько отпрянул от бюста, словно его боялся. Окинув взглядом своих соотечественников, он тихо промолвил:
─ Мой отец учился в нашем университете… Он гордился тем, что в нем учился Ленин… ─ Заметив неодобрительные взгляды своих однокашников, он несколько сник и еле-еле слышно подытожил. ─ Моего отца обманывали, обманывают и нас…
Чубчикову больше не удалось подслушать сокровенные мысли студентов. Они направились в сторону другой площадки, где работал его коллега, пожилой немец. Молодые люди появились у лестницы, ведущей к выходу, где-то через полчаса. Федор встал возле двери, и едва группа поравнялась с ним, на чистом русском языке произнес:
─ Огромный привет студентам Казанского университета… Здоровья и успехов…
Русская речь долговязого мужчины гостей не только страшно удивила, но и обрадовала. Больше всех в недоумение пришла старшая группы. Она подошла к смотрителю, крепко пожала ему руку и с восхищением произнесла:
─ А я даже и не знала, что Вы русский… И правда, не знала…
Чубчиков ей ничего не ответил. К его сожалению, ему было не до разговоров. На его площадку поднималась очередная группа посетителей. Он помахал рукой землякам и ускоренным шагом направился в выставочный зал…
Федор слегка улыбнулся и вновь приступил к изучению классического пособия по увеличению полового члена. Оно и на самом деле имело для него непреходящую ценность. Научный труд его не пугал, наоборот, очень радовал. Он с большим вниманием читал написанное, кое-какие моменты подчеркивал шариковой авторучкой с красной пастой. В школе его заставляли подчеркивать красным карандашом фамилии Генеральных секретарей ЦК КПСС, что он не всегда охотно делал. Сейчас же он подчеркивал не столько по собственной иницативе или по принуждению, сколько из-за жизненной необходимости. Выдержку из текста, где было написано, что длинный, толстый, хорошо развитый мужской член внушает его владельцу более глубокое чувство своей половой потенции, своего превосходства над другими, наделяет его здоровой уверенностью в себе, и что это положительно отражается на его повседневном поведении в быту, в бизнесе и в личной жизни Чубчиков обвел авторучкой один раз, потом еще и еще…
Затем он впал в раздумья. Хорошие слова ─ ничего не скажешь. И тотчас же тяжело вздохнул. Все это ─ не для него. Он уже далеко немолодой, с немецким языком сплошные проблемы, да и специальности никакой. Его шефу, да и другим начальникам, по одному месту какой у подчиненного член, большой или маленький…
Он сжал зубы и со злостью перечеркнул некогда очень важную для себя мысль. Стал читать дальше. Очередное нравоучение ему вообще оказалось не по зубам. В то, что он может заниматься сексом больше, чем его партнерша сможет выдержать, он опять верил с большим трудом. Не верил и тому, что он может удовлетворить несколько женщин в течение одного акта. Он откинулся на спинку дивана и стал строить возможные конструкции из женских тел, не забыл, конечно, и себя среди них… Не получилось. Долговязый сделал очередной глоток кофе и вновь уставился в газету. Выдержка о том, что он за время полового акта выпустит в три раза больше спермы и будет просто выстреливать ею во время оргазма, как это делали актеры в фильмах, ему почему-то сильно не понравилась. Он со злостью бросил газетенку в сторону и взял в свои руки другую. Здесь рекомендации были такими же, что и в первой газете, словно под копирку. Он приподнял голову несколько вверх и застыл, словно околдованный сфинкс.