В этот день обитатели особняка о многом переговорили. Все сводилось к одному ─ Чубчикову необходимо в корне изменить свою жизнь, точнее, существование. Он и сам не отрицал своей нищеты. Его ночное бдение за мизерную зарплату и на самом деле было борьбой за физическое выживание. Ни больше ─ ни меньше. Клюге предложила ему свой план, согласно которому ему предстояло быть ее любовником. Только и всего. Он с очень большим вниманием слушал все то, что говорила ему пожилая женщина. Ее короткий монолог русский не прерывал ─ не было необходимости. Путешествовать со старухой по миру для него особого труда не представляло.
Возразил он ей лишь однажды, что касалось его работы. Свою «сторожку» он ни под каким предлогом покидать не хотел, несмотря даже на то, что она уже давно сидела в его печенках. Причин для этого было предостаточно. Обстановка в некогда сытой стране изменялась в худшую сторону. Он не хотел опускаться на социальное дно общества и собирать пустые бутылки на улицах. Число охотников за тарой росло с каждым днем. В отличие от многих, он хотел работать до пенсии, а если это возможно и до самой смерти. На обеспеченную старость он вообще не претендовал. Неделю назад он получил бумажку из пенсионного фонда. Чиновник его уведомлял, что при такой зарплате через двадцать лет работы его пенсия составит двести семь евро и пять центов. За сорок метров жилья он платил почти четыреста…
При этой мысли Чубчиков тяжело вздохнул, затем кисло улыбнулся. Во вчерашнем номере самой популярной немецкой газете «Бильд» он прочитал сногсшибательную информацию. Простому немцу для получения пенсии главы правительства необходимо проработать четыреста лет. Иностранцу Федору Чубчикову, которому, согласно немецким законам, трудовой стаж в России не засчитали, предстояло бдить по ночам почти целое тысячелетие! От осознания своей никчемности в его голове стало что-то дергаться. Он положил обе руки на затылок, откуда исходила тупая боль, и неожиданно для себя по-русски сильно выругался. Многоэтажный мат не только давал ему разрядку, но и в какой-то мере напоминал о его родине, которую он покинул…
Клюге начисто отметала ночное бдение своего любимого мужчины. Она хотела быть с ним каждый день и ночь. Мало того. Мирный сап русского успокаивал ее нервную систему. Чубчиков от своего решения не отступал. Он все еще сомневался, что немка с ним зарегистрируется. Да и сама регистрация не давала ему полной гарантии на его безбедное существование. Он уже был наслышан, что кое-кто из немцев, особенно из числа богатых, подписывали «особые» бумаги, где оговаривались условия брачной жизни, в первую очередь, раздел имущества. Никто из супругов не хотел прогадывать даже и после своей смерти. Не хотел остаться у разбитого корыта и он. В конце концов составители плана по совместному проживанию пришли к единому решению. Чубчиков работает и дальше, но без всякого усердия. Сначала возьмет отпуск, затем будет периодически болеть. Все формальности по его «болезни» взяла на себя Клара. Несколько гамлетовское решение русского устраивало. Он уже не сомневался, что старушка и на самом деле в него втрескалась. И это его успокаивало, и не только. Он, глядя на тощее создание, у которого тряслись руки и голова, строил свои личные планы…
Свой двухнедельный отпуск Федор полностью посвятил причудам своей покровительницы. Клара лично сама составила план путешествия. На большой карте Европы она обвела красным карандашом около дюжины городов, где хотела побывать. Глядя на «стратега», любовник то и дело терялся в догадках, как его подруга перенесет многодневные поездки, особенно в туристическом автобусе. Не прибегать к воздушному транспорту вояжеры решили единогласно. У женщины во время полета болело сердце или ее тошнило. Мужчина боялся высоты, особенно, когда за его спиной не было парашюта.
В десять часов утра из подъезда позвонили, к селектору подошла хозяйка. Любители путешествий неспеша спустились вниз. Чубчиков первым открыл входную дверь. Едва он это сделал, как перед ним предстала необычная картина. Перед самым его носом стоял двухэтажный автобус. Это было настоящее чудо техники, отливавшее серебристым цветом при ярких лучах солнца. Он перевел взгляд на свою подругу. Она слегка улыбнулась и несколько раз хлопнула в ладоши. В сей миг перед ней появилось двое мужчин и одна женщина. От очередной неожиданности долговязый слегка оторопел. Люди, выросшие словно из-под земли, сразу же ринулись к входной двери. Чубчиков едва успевал водить головой по сторонам, наблюдая за происходящим. Сначала из особняка вынесли две большие стойки-вешалки, на которых висело несколько женских платьев и костюмов, завернутых в целлофановые мешки. Затем вынесли два больших чемодана. Эти чемоданы он видел в одной из комнат, неподалеку от своей спальни. Молодая девушка, скорее всего, прислуга хозяйки из дома вышла последней. Она стремительно подошла к госпоже Клюге и стала что-то нашептывать ей на ухо. Чубчиков на их секреты, будь они большими или малыми, не прореагировал. Он в данный момент был вне игры. Все, за исключением его, занимались своим делом, в первую очередь, обслуга. Мужчину, стоявшего рядом с богатой особой, никто не замечал…