Ночь Пятая. Глава 13
Из мрака, пустоты и блаженного покоя беспамятства Виктора вырвал резкий безжалостно царапающий ноздри запах нашатырного спирта. Отчаянно закашлявшись, и все еще, толком не отдавая себе отчета, он попытался было оттолкнуть его источник, но мышцы все еще были ватными, слушались плохо, и сдвинуть крепкую руку, прижимающую к лицу чудовищно воняющую тряпку, не удалось. Более того, от усилия нестерпимо зашумело в голове, и Витя был вынужден сделать глубокий вдох, в очередной раз хапнув «химозной» дряни. И в этот раз, наконец, пришел в себя. В голове слегка прояснилось, яростной вспышкой вернулась память о предшествующих событиях, отчего он сразу же сделал попытку резко вскочить. И, как оказалось, зря. Накатила нестерпимая дурнота, и желудок его постарался исторгнуть содержимое. Правда, судя по ощущениям он делал это уже далеко не первый раз, а потому по пищеводу прокатилась одна только обжигающая желчь. Но и эти горечь и боль, в конечном итоге, сыграли ему на руку, окончательно отогнав обморочную одурь и практически вернув к реальности. Витя осознал себя лежащем на боку на чем-то мягком. Кажется, на большом продавленном диване. С огромным трудом раскрыв глаза он уставился на стоящий на полу синий пластиковый таз с рвотой и белый платок, прижимающийся к лицу. - Убери, тля… - слова давались с огромным трудом, язык был тяжелым и неповоротливым, а голосовые связки, казалось, просто были не в состоянии испускать звуки, выпуская только какое-то шипение и дребезжание.— Дышать, нечем… - Ох ты ж, млять, - облегченно выдохнул смутно знакомый голос. Платок тут же исчез и на его месте оказался стакан с водой. — Я уж думал все, карачун тебе настал! Когда Серый, паскудина, руками махать стал, а ты весь побледнел, затрясся как осиновый лист, я так и понял, что он тебя достал чем-то! — затараторил голос, пока Виктор с удовольствием пил, кажется, самую вкусную воду в своей жизни. - Ну я в него первое попавшееся -то и бросил. Телик старый. А тут ты и… Суров ты, мужик, конечно, как в уточку пластиковую в тире его пригвоздил. - В тире? Уточку? — удивленно спросил Виктор, допив содержимое и, подумывая, а не попросить ли еще. Пить, вроде, не хотелось. Он вообще очень смутно припоминал произошедшее. Странного человека в сером костюме, словно Кашпировский махающий перед лицом ножиком, странный внетелесный опыт, говорят, такое видят в состоянии клинической смерти, и прочую «белиберду». Правда, он не помнил, чтобы его прям трясло, но кто его знает, что из виденного им было галлюцинацией, а что правдой. - Ага! В натуре, - нервно хохотнул Андрей. — У него ж башка, как кабачок перезрелый лопнула! Серье по всей прихожей разметало. У тебя всю одежду забрызгало, а уж что творится в прихожей… Ну так сам поднимешься — увидишь. Не описать, короче. Удивленный неуместной веселостью в тоне собеседника, Виктор перевел на него взгляд. Но для его состояния даже такое небольшое действие оказалось слегка чрезмерным. Организм на такие над собой издевательства с большим удовольствием ответил отчаянными «вертолетиками». - «Серьем»? — переспросил он, припадая к снова, словно по волшебству оказавшимуся перед лицом стакану. Теперь вода была обычной. Холодной, мокрой, слегка отдающей хлором и металлическими трубами. В общем, ничего особенного. — Мозгами что ли? От осознания того, что в коридоре сейчас валяется «заваленный» им мужик с развороченной маковкой, Виктору стало весьма не по себе. Нет вовсе каких-либо особых моральных терзаний, Витя не испытывал, ну не чувствовал он за собой вины, но вот перспектива общаться с ментами, особенно сейчас… Да уж. Операм будет очень непросто доказать, что нападение двоих с ружьем на одного с нождом для резки бумаги — это самозащита. - Сколько… я… был в отрубе? — с трудом выдавил он, сумев, наконец, встать. Голова снова пустилась в пляс. — Соседи… менты… Сил оформить мысли в связную форму у него не нашлось, но Андрей, кажется, все понял. А может, просто и сам уже думал о том же самом. - Минут сорок прошло, может час. Да ты расслабься. У меня тут из соседей только глухая старая карга в первом подъезде. Остальные либо на вахте, либо на даче, либо на киче. Я, почитай, что на весь дом тут один. Никто тут никого не вызовет. - И все равно, - упрямо замотал было головой Витя и попытался было подняться, но по очередному всплеску дурноты сообразил, что опять переоценил свои силы. К головокружениям добавилось еще и усиленное сердцебиение. Да такое. Словно сердце всерьез намеревалось проломить ребра, как монстр из какого-нибудь космического ужастика. - Спокойно, дружище, спокойно, - Андрей поддержал Витька и сунул ему в рот какую-то таблетку. - Под язык суй. Потерпи слегка, должно полегчать. Глаза закрой и успокойся. И не вздумай мне тут сдыхать. Еще и твой трупак мне тут в болт не в пился. Я и с первым еще не успел разобраться. - Что это, за дрянь? — спросил Виктор, осторожно катая во рту крошечный скользкий шарик. Выплевывать он его не спешил, но и безоговорочно слушаться хозяина квартиры тоже. - Нитроглицерин, - пожал плечами Андрей. — Ты как только грохнулся, я тебя в чувство привести пытался, так сердце у тебя такую кадриль устраивало, что непонятно, как не разорвалось. Ну я и подумал, что нитроглицерин поможет. Он как раз, вроде, от таких дел. Староват, правда, я его еще матери покойнице покупал, но, вроде не траванулся. Ну что полегче? Виктор прислушался к ощущениям и согласно кивнул, ему и вправду полегчало. Сердце перестало надрывно стучать, а шум бегущей по венам крови в ушах слегка поутих. Он благодарно кивнул Андрею и, больше для того, чтобы отвлечься переспросил: - Ну и чо он? - Кто? — Андрей то ли потерял нить разговора, то ли уже успел уйти куда-тов свои мысли и не сразу сообразил, что от него требовалось. - Ну этот… Кекс, который сквозь дверь прошел. - А, Серый Человек-то? Да сдох он. Надеюсь, по крайней мере, с это паскудиной ни в чем до конца нельзя быть уверенным. - Серый Человек? — теперь настала очередь Виктора недоумевать. - Ну да. Я таких как эта тварь Серыми Людьми называю. Ну, просто потому, что они...- он покрутил пальцем в воздухе, подбирая выражение получше, но потом пожал плечами.- Ну серые они же. - Ну да, логично, - не мог не признать очевидного Витя. И тут же спохватился, когда сообразил смысл сказанного. — Погоди-ка, «таких как»? Так чо, он еще и не один такой? - Неа, - Андрей отрицательно покачал головой. — Я совершенно точно видел четверых. - Фига расклады, - протянул Виктор. — Я вот, вроде, этого же вчера видал… - Где видал? — встрепенулся было Андрей. - Да в ларьке в твоем. Ночью вчера. Мы с Настюхой за тебя дежурили. Андрей махнул рукой и расслабился. - А… ну я думал еще где. Не, приятель… - Витя я, - перебил его Виктор, которому уже поднадоели эти «дружищи» да «приятели». Да и как-то невежливо было. Он-то Андрея по имени знал. - Чего? - Виктором меня кличут. Можно «Сармат». - он протянул руку Андрею. — А тебя Андрюха, я в курсе. Андрей крепко и охотно пожал протянутую кисть. - Приятно познакомиться, Вить. Хоть и обстоятельства хреновастенькие. Ну, короче, Вить, не факт, что ты видел именно этого. Они как близнецы однояйцевые все. Только по голосу и различаешь. Ну и еще руки. - Руки? - Ага. Руки. У одного они тонкие гибкие, у второго толстые, пальцы как сосиски. А на рожу одинаковые. - Как маска, - пробормотал Витя. Если бы он услышал такие рассуждения пару дней назад, то, наверное, бы подумал, что у говорившего подсвистывает фляга. Но теперь мог поверить и не в такое. - Слушай, Вить, - неожиданно сменил тему Андрей, внимательно вглядываясь в лицо собеседника. — У тебя же универсал? - Ну да, «Тойота Краун» - осторожно ответил тот, сразу же догадавшись, к чему ведет хозяин квартиры. Логично, конечно, если есть машина, то глупо искать другой способ спрятать труп, но как же не хотелось рисковать своей «ласточкой». - В общем, Вить, - покачал головой Андрей, прекрасно понимая терзания Сармата, - ситуация у нас паршивенькая. Оставлять Серого в хате нельзя. Он, конечно, труп… - он замялся, - специфический, если не сказать больше… Погоди, не перебивай, сейчас сам сходишь — посмотришь, - предупреждающе поднял он руку, увидев, что Виктор открыл рот. Тот послушно кивнул. — Ну так вот, он у нас мамин пирожочек особенный, но не пройдет и пары дней, как завоняет и будет обнаружен. А найдут его, и мне придется очень много чего объяснять. А там, думаю, выйдут и на тебя. Я не угрожаю, просто реально оцениваю ситуацию. Захотят — расколют, я не Штрилиц. Так что я предлагаю увезти его за город, у меня там есть место, и спрятать. - Да, млин, ну не в моей тачке же! Мы там все кровищей зафаршмачим, на первом же посту спалимся! - Кровь? — Андрей как-то странно посмотрел на Виктора, а потом, не сдержавшись, как-то истерично захихикал. - Ты чего, мля, ржешь? — не понял реакции собеседника Виктор. - Прости, Вить, - с трудом, утирая выступившие слезы. Повинился Андрей. — Поверь, крови там не будет. Точнее, будет, но никто и не поверит, что это кровь… - и, видя непонимание в глазах парня, поднялся. — Блин, ну тут смотреть надо. Идти можешь уже? Виктор оперся на подставленную руку и попытался встать. Первые шаги дались с огромным тру