– Откуда вы знаете про бухту Бекмана? – поинтересовалась я. – Я знала, что вы здесь гуляете, но не знала, что вы ещё и плаваете.
– Мне её показал один из солдат, – объяснила мисс Мэйси. – Они обнаружили, что в ней можно плавать.
– Будь оно всё неладно! – воскликнула Сина. – Одно дело звать приятелей поиграть в покер, но показывать своим гостям наши земли так, будто это их собственность, – это уж слишком! И никто им не говорил, что они могут здесь плавать.
– Но мисс Мэйси и так уже разрешено гулять повсюду, – напомнила я. – И если они и плавают – нас-то они не беспокоят: ведь бухта Бекмана вон как далеко от фермы.
– Не в том дело, – упорствовала Сина. – Я рада внести свой вклад в дело победы, но им не следует своевольничать и переходить границы дозволенного.
– Да, – спохватилась Глэдис, – а где все эти солдаты? Солдаты повсюду, мне обещали.
– Казармы стоят прямо вдоль военной дороги, – ответила мисс Мэйси.
– Я не знала, что ты у них так часто бываешь, – заметила Сина.
– Ну не знаю, я бы не сказала, что часто…. Время от времени, – проговорила мисс Мэйси конфузливо. – Мне бывает одиноко.
Сина прямо-таки покраснела и, думаю, пожалела, что спросила.
– Можете показать мне, где они? – попросила Глэдис.
– Девочки, девочки, – упрекнула Сина, – не надо беспокоить солдат. Очевидно, они слишком легко отвлекаются. А ведь они трудятся на фронт. Если их отвлекать, мы можем сесть в башмак. В сапог. В калошу. Мы не должны отрывать их от работы.
– Да всё в порядке, – сказала мисс Мэйси. – Они всегда подыскивают новых игроков в покер. Орудия охраняют только двое, остальные лишь сменяют их. И могу сказать одно: они рады всему новому. Они друг у друга уже в печёнках сидят.
– Пустое, – отмахнулась Сина. – Наверняка у них множество важных заданий, о которых они умалчивают из скромности. Не надо их беспокоить. Мы должны поддерживать военные усилия страны.
– Так именно это я и собираюсь cделать, – заявила Глэдис. – Оказать поддержку. Пойдемте, мисс Мэйси, отнесём мальчикам скаутское печенье.
– Мне очень жаль, мисс Брукман, но у нас с собой нет скаутского печенья. Его продают только в определенное время года. В карманах мы его не носим. Нет, у нас по плану поход. Нам нужно определить, сколько может пройти малышка Эрминтруда, пока у неё не подкосятся ноги, – отказалась мисс Мэйси.
Эрминтруда задрожала.
– В любом случае, – продолжила мисс Мэйси, ничего не замечая, – я вам не нужна, мисс Брукман. Рано или поздно вы увидите казармы. А мы с моей пробной походницей отправляемся в путь.
И мисс Мэйси удалилась вместе с малышкой Эрминтрудой. Глэдис, которая вообще-то должна была печь, тоже припустила по военной дороге на встречу с солдатами.
Сина схватилась за голову. Было ясно, что население фермы исподволь прирастало, причем совершенно бесконтрольно.
Тем временем мы с Винифред заметили, что Зебедия крадётся вниз по лестнице и через чёрный ход на улицу.
Винифред ткнула меня в бок пальцем и прошептала:
– Пошли. Спорим, он идёт припрятать сегодняшнее письмо. Пойдем-ка за ним.
И мы организовали вылазку по его следам, близко не приближаясь и то и дело прячась за постройками, пока не добрались до леса, где легко было укрыться. Следить – плёвое дело. Из Зебедии вышел бы паршивый шпион, потому что нас он не заметил. Когда Зебедия дошёл до старых петроглифов, нам пришлось на время остановиться. Здесь на продолговатых гладких каменных уступах можно греться на солнце и смотреть на древние изображения тюленей на скале. Зебедия уселся. Мы с Винифред спрятались за кустом на корточках и наблюдали, как он достал из кармана письмо, открыл и прочитал, а затем снова убрал в карман и вскочил, чтобы идти дальше. После этого он шёл вроде как даже вприпрыжку. От сдерживаемого волнения, что ли? А затем он привёл нас к жилищу отшельника. Когда Зебедия пришёл, отшельник пропалывал свой огород. Мы видели, как Зебедия показал отшельнику письмо, а потом оба скрылись в хижине.
– Должно быть, он прячет свои письма здесь, – догадалась Винифред.
– Нам нужно выманить отшельника, чтобы мы могли их поискать, – сказала я. – Вот только как?
– Придумала, – воскликнула Винифред так громко, что я испугалась, как бы она нас не выдала. И махнула рукой: мол, пора идти обратно. Когда мы немного отошли, она сказала: – Не понимаешь? Не нужно нам никуда его выманивать. Мы придём сюда сегодня под покровом ночи, когда отшельник пойдёт полоть Ночной сад. Он же каждую ночь ходит?
Я подумала.
– Не каждую, но он часто приходит, когда луна яркая, – ответила я. – Но даже и при яркой луне на лесной тропе темно, хоть глаз выколи, и можно упасть со скал.