– Подождите! – крикнула я, когда отшельник выбежал в поле и устремился к Ночному саду. – Я нужна вам. Я могу пожелать.
– Я отправляюсь. У меня тоже есть неиспользованное желание, – бросил он через плечо, когда я рванула за ним через поле. – Я приведу самолёт обратно. Я умею его пилотировать и знаю, как безопасно посадить. Не ходи. Нет смысла – ты только помешаешь.
И он припустил с удвоенной скоростью, и я лишь издали увидела, как он перелетел через ограду Ночного сада и исчез.
Желание перенесло отшельника на «Арго», и он очутился рядом со Старым Томом, который стоял в ошеломлённом оцепенении и сквозь слёзы, катящиеся по лицу, смотрел на детей.
– Они мертвы, – произнёс он, впиваясь пальцами в руку отшельника, чье появление он, казалось, едва заметил.
Отшельник присел на корточки, приложил пальцы к шее каждого из детей и сказал:
– Нет, они не мертвы. Они надышались газом, но ещё живы. Должно быть, их отец случайно нажал на кнопку газа. Ты сам свалишься рядом с ними, если мы не поторопимся.
– Что?! – охнул Старый Том, пошатнувшись.
Отшельник слов даром не тратил. Он надел один противогаз на себя, а другой – на Старого Тома. Затем, показав, как подсоединиться к баллону с кислородом и как надеть противогазы на детей, он прошёл в рубку.
– Что же я не проверил, живы ли они?! Почему не попытался привести в чувство?! Старый дурак! – восклицал Старый Том.
– Ты и сам отравился и не заметил этого. Вот ты и не мог ясно рассуждать; но сейчас не до того – иди сюда, помоги мне с мужчиной, – позвал отшельник.
– Он жив? Мистер Мэдден? – спросил Старый Том.
– Да, жив, и, пожалуй, в лучшей форме, чем ребята. Он же крупнее. Давай закачивай с детьми и подай ему кислорода, и противогаз тоже на него надень. А я разверну этот самолёт. В настоящий момент мы держим курс над океаном прямо на запад. Когда мы снова будем над островом Ванкувер, вы все покинете самолёт, а я вернусь в море, где меня не смогут засечь – чтобы облететь остров по кругу, если самолёт столько протянет, – и посмотрю, не получится ли сесть на воду.
Все начали приходить в себя. Кислород привел их в чувство, а противогазы не позволяли снова надышаться веселящим газом. Их переместили в кресла, где они бессильно обмякли, едва понимая, что происходит.
– Мне лечили зубы? – растерянно спросила Винифред, которой вспомнился последний визит к дантисту, когда ей лечили зубы веселящим газом.
– Нам всем лечат зубы, о-хо-хо! – бухнул Чинила Боб, который также очнулся и, в отличие от остальных, сделался от газа оживлённым. Он поднялся из своего кресла и попытался сесть на колени к отшельнику. Тот свирепо оттолкнул его.
– Ты нажал не ту кнопку, – бросил отшельник. – Ты же ничего не знаешь про этот самолёт. Ни для чего служат все эти кнопки, ни как его пилотировать. И уж точно не знаешь, как он способен самоликвидироваться.
– Я вёл самолёт! Я пилотировал «Арго», величайшую летающую крепость мира! Отныне я не Чинила Боб! Отныне вы все должны звать меня Летун Боб!
– Ты идиот! – припечатал отшельник. – Ты нажал кнопку газа и чуть не погубил себя и собственных детей.
– Ничего подобного, – сварливо брякнул Чинила Боб. – И вообще что ты за хрен?
– Не знаю, – отвечал отшельник. – Но не в этом дело. Держись подальше от этого кресла и не мешай мне пилотировать.
– Ого, всё ясно, – провозгласил Чинила Боб. – Мой бедный мозг, измученный нехваткой кислорода, придумал тебя, чтобы улететь от беды. Молодчина мозг!
– Вали отсюда, – потребовал отшельник, снова отталкивая его. – С того момента, как ты украл самолёт, он всё время находился в воздухе?
– Ну, я не уверен… – пробормотал Чинила Боб. – Наверное, я сажал его пару раз потехи ради. Ну ладно-ладно, возможно, я позабыл код и вынужден был оставаться на земле, пока не вспомнил. Но ведь вспомнил! Я гений! Ого-го! И потом: я его не украл, а позаимствовал. А вообще… кто ты такой, чтобы спрашивать?! – Чиниле Бобу это показалось таким уморительным, что он, хохоча, повалился рядом с Винифред, которая процедила:
– Не подходи – кажется, меня сейчас вырвет.
– Не рыгай в противогаз, – весело воскликнул Чинила Боб. – А что, отличная песня получится. Правда ведь, отличная строка для песни? – И он принялся распевать во весь голос.
Отшельник выправил самолёт и взял курс обратно к острову Ванкувер. Затем он повернулся в кресле и обвёл всех взглядом.