Она подняла голову, её глаза встретились с глазами старшего криминалиста. Он уже смотрел на пятно с профессиональным интересом.
— Странно, — тихо сказал криминалист. — Какое-то масло. Не похоже на бытовое.
Марта не ответила. Она встала и вышла на улицу, под холодное, беззвёздное небо. Воздух был чистым, свежим после вони дома. Она смотрела в темноту леса, туда, куда ушёл их «Судья».
Он спас ребёнка. Он сделал то, чего не могла сделать она. И он оставил визитку. Не бумажную. Масляную, кровавую, невозможную отрицать.
«Где же ты, когда ты нужен?» — думала она, и в голове её звучал уже не вопрос, а тяжёлое, неумолимое знание.
Он был здесь. И он допустил ошибку.
Первая, крошечная трещина в его броне. И эта трещина пахла моторным маслом и кровью.
Конец главы 11.
Глава 12: Капля
Город проснулся героем, которого не видел.
На первой полосе «Курьера» кричал заголовок: «АНГЕЛ ВО МГЛЕ: ПЕДОФИЛ УНИЧТОЖЕН, РЕБЁНОК СПАСЕН». Под ним – размытая фотография полицейской ленты у старого склада на окраине и крупный план: восьмилетний Томми Бэйлор, живой, целый, закутанный в оранжевое спасательное одеяло на руках у рыдающей матери. Его глаза были огромными, полными недетского, животного ужаса, но он был жив.
В кафе, на автозаправках, в очередях у супермаркетов гудел один и тот же разговор. Не о погоде, не о политике. О Нём.
«Слышал? Судья сделал это снова».
«Говорят, того ублюдка нашли… в прямом смысле по кусочкам. Символично, да?»
«Богу виднее, может, он и правда ангел. Полиция ничего не могла сделать, а он – раз, и готово».
«Опасная штука – самосуд. Но, чёрт возьми… этот конкретный ублюдок? Он получил по заслугам».
В голосах не было единства. Была тревога, была благоговейная дрожь, было неприкрытое восхищение. Кто-то шептал: «Маньяк». Кто-то говорил вслух: «Правдоруб». Система молчала, официальные лица отнекивались расплывчатыми заявлениями, но в воздухе витало общее ощущение: баланс сил пошатнулся. В городскую легенду, в призрака из ночных кошмаров, вселилась плоть и кровь. И эта плоть, похоже, была на их стороне.
Марта проезжала мимо плаката, который кто-то наклеил на остановке – кривая, нарисованная от руки фигура в плаще с весами в одной руке и ножом в другой. Подпись: «СПАСИБО». Она нажала на газ резче, чем нужно.
В участке царила атмосфера подавленной истерии. С одной стороны – ребёнок жив. Это была редкая, чистая победа в их грязной работе, и даже самые циничные детективы не могли скрыть облегчения. С другой стороны – их обошли. Унизили. Преступник, которого они искали по всем правилам, с ордерами и протоколами, был изъят из игры кем-то, кто играл без правил. И этот кто-то стал народным любимцем.
Капитан Келлер, красный от бессильной ярости, орал на утреннем брифинге: «Я хочу этого психопата! Я хочу его в наручниках до того, как он решит, что следующий судья – это мэр за повышение налогов или я за то, что мало ему плачу! Вы поняли? Он вышел из-под контроля!»
Марта молчала, уставившись в свою пустую кружку. Она видела склад. Видела то, что осталось от Уоррена Пейджа. Это не было правосудием. Это была казнь. Медленная, изощрённая, с элементами почти что садистского театра. Алекс (она уже не сомневалась, что это он) перешёл черту. Он не просто устранял угрозу. Он наслаждался процессом. Он посылал послание – и Пейджу, и полиции, и всему городу. Смотрите, на что я способен. И кому вы аплодируете.
И он спас ребёнка.
Этот парадокс сверлил ей мозг, как раскалённое сверло.
«Рейес!»
Она вздрогнула. К ней подходил молодой криминалист, Джефф, с бумагой в руках. Его глаза горели азартом охотника за уликами.
«Детектив, вы просили ускорить анализ с того склада. По частицам на полу рядом с… э-э… останками. Первые результаты».
Он протянул ей лист. Марта взяла его, и мир вокруг на секунду сузился до строчек текста.
…обнаружены многочисленные микрочастицы синтетического материала, предположительно – подошвы рабочей обуви… волокна темно-синего хлопка, стандартные для рабочей одежды… органические следы (кровь жертвы, не относящиеся к месту)…
И дальше, отдельным пунктом:
…химический анализ масляного пятна у восточной стены (образец М-7) выявил наличие специфической синтетической присадки и пакета моющих/диспергирующих компонентов, соответствующих полусинтетическому моторному малу марки «TitanGuard Endurance Plus 5W-30». Продукт нишевый, применяется преимущественно для высоконагруженных дизельных двигателей и некоторых видов тяжёлой техники. В коммерческой рознице в радиусе 50 миль представлен в трёх точках…