Ладно, надо думать о деле. От Чалисгона до Гондвары примерно сто двадцать миль. Если они выедут завтра в ночь, то будут в городе примерно третьего или четвертого июня. Сэра Гектор будет предупрежден заранее и у него будет довольно времени, чтобы решить, что делать с бенгальскими полками. Самым разумным для генерала было бы отложить расправу до последнего момента, и только тогда выкорчевать измену, всех разоружить и расстрелять. Каким удовольствием будет присутствовать и распоряжаться при казни!
Наконец-то ясно что надо делать. Осталось только все объяснить Кэролайн при первой же возможности. Здесь, в доме, и староста, и его жена, само собой, подслушивают сквозь стены. Надо придумать способ выманить ее наружу.
Он покинула своих собеседниц и подошла к мужской компании. Деревенские жители успели привыкнуть к ее поведению и потеснились, освобождая ей место. Первое время они бывали настолько ошеломлены, что утрачивали всякое соображение и не могли постичь самых простейших ее слов. Но теперь они притворялись, что им нравится отвечать на ее вопросы.
Она спросила:
— Кто-нибудь из вас знает Серебряного гуру?
Жрец ответил:
— Серебряного гуру из Бховани? Конечно, мисс-сахиба, я очень хорошо его знаю. Все мы его почитаем. Это святой человек и великий учитель. В прошлом году он пару раз проходил через нашу деревню.
Родни, прищурившись, смотрел на него. Они действительно верили в святость Серебряного гуру и готовы были пойти за ним куда угодно. Ему хотелось прокричать, что их обожаемый гуру — англичанин и самый гнусный предатель в истории; но Кэролайн поймала его взгляд и еле заметно покачала головой. Она, конечно, была права: какой смысл открывать им правду, если они сами — предатели? Правильнее держать рот на замке, прикидываясь, что он ничего не подозревает.
Ему пришла в голову мысль, как все-таки поговорить с Кэролайн с глазу на глаз, и он вежливо сказал:
— Староста, завтра я снова собираюсь на охоту. Если хотите, я могу убить пару оленей и для деревни.
Они оцепенели. Но он не собирался предоставлять им еще одну возможность подослать к нему убийцу, и торопливо добавил:
— С собой мне никто не нужен, кроме мисс-сахибы. Только пошлите загонщиков вверх и поперек ручья, чтобы выгнать на меня оленей.
Все расслабились, и староста дрожащим голосом ответил:
— Конечно, сахиб. Мы будем очень благодарны.
Родни увидел, что он смотрит на Кэролайн. Кэролайн сказала ровным голосом:
— Да, прекрасная мысль. Я все время буду рядом с сахибом.
Умница! Какая умница! Она все поняла; она предупредила их, что не стоит и пытаться подкарауливать его в одиночестве, потому что она охраняет его спину. И они не посмеют обидеть Робина и миссис Хэтч, пока его не будет, из страха, что он отомстит, когда вернется. У него есть винтовка.
Со двора раздался женский голос, и староста вышел наружу. Родни ждал, поглаживая винтовку. Когда староста вернулся, он пристально вгляделся в его лицо. Они о чем-то долго толковали снаружи, и это ему не понравилось. Староста опустился на корточке рядом с жрецом и что-то прошептал. Жрец потянул себя за свисающее ухо, нахмурился и пожал плечами.
Родни не мог удержаться; он застанет их врасплох, и они себя выдадут. Он резко бросил:
— В чем дело? Чем вы так встревожены?
Староста, перед тем как ответить, посмотрел на жреца. Потом все же заговорил:
— Холера, сахиб. Все началось вчера — предыдущей ночью. Мы скрывали от вас, потому что не хотели беспокоить. Мы надеялись, что все закончится легко, и она быстро уйдет, как иногда бывает. Но теперь мне думается, что нам ее не избежать, и нас ждет суровая кара. Трое уже умерли, и многие больны. Женщина сказала мне, что заболел еще один — брат моего отца.
Он мрачно уставился в пол. Жрец встал и сложил руки на груди:
— Вам лучше уехать немедленно. Через день или два тут станет опасно — всюду будет отравленный воздух.
Родни поджал губы. Отлично! Он сразу понял, что они говорят правду, хотя, конечно, попозже надо будет наведаться к погребальным кострам и убедиться самому. Просто отлично! Змея саму себя ужалила. Эти суеверные идиоты поверили, что холера наслана им за грехи, за то, что они хотели убить беженцев. Они будут только рады, если те скроются живыми. Теперь он сможет увести Кэролайн, Робина и Амелию Хэтч, и предоставить деревню судьбе более ужасной, чем даже он сам мог бы для нее выдумать. После этого останется только избавиться от Пиру.