Зимняя сказка
Маленькая узковатая хижина. Запах затхлости не выветривается здесь, даже сквозь два треснутых окошка. Да и не будь этих окон вовсе, не помогло бы. Между брёвнами были видны огромные щели, которые с каждым порывом ледяного ветра становились всё больше.
Становится прохладно, кожа покрывается мурашками, а руки неосознанно пытаются согреть друг друга. Вот только это не помогает, отовсюду дует морозный ветер. Одежда, которая на мне одета, была предназначена исключительно для времяпрепровождения в теплом доме и уютной кроватке перед сном.
Воспоминания о кроватке натолкнули на мысль, что как раз таки в ней я последний раз себя и помню, и уж точно за небольшой промежуток времени, который казался мне именно таким, очутиться в таком холодном районе не могла.
В поисках более теплого места, прошла по периметру лачуги, поняв, что такого места здесь просто нет. Постройка была времён наших прадедов, изломанный временем пол, то и дело скрипел, а некоторые дощечки и вовсе норовили поймать меня в свою гнилую ловушку, оставив на съедение холодным зимним ветрам. Сверху под потолком по-видимому уже давно сушили травы, от которых со временем остались лишь, качающиеся в такт порывистым завываниям, голые стебельки, неизвестных мне растений.
Одна из разбитых оконных рам оказалась открыта, в надежде почувствовать хоть крохи тепла, решила закрыть её. Поддалась она не с первого раза и даже не со второго, уже даже думала бросить эту затею, понимание полной глупости, которой я занимаюсь, не покидало меня. В самый неподходящий момент рука съехала по растаявшей от ладони льдинки, и раскроила часть конечности. Резкая боль оповестила о глубокой ране, в которую попало множество маленьких заноз, кровь потекла густым ручейком, ударяясь глухим стуком о деревянный пол. В этом месте даже она текла неторопливо, словно во сне. Капли совсем медленно приближались к земле, словно завораживая.
Найти чем перевязать рану оказалось сложнее, чем мне могло подуматься. Оглядевшись по сторонам не нашла ничего, что могло бы служить подходящим материалом. Пришлось жертвовать и так лёгкой, еле закрывающей живот, майкой. Неаккуратно перевязав рану, задумалась о своём положении. И честно лучше бы этого не делала, страх накатывал периодически, но в такие моменты хотелось просто расплакаться и понадеяться на чудо. Мелькнувшая мысль, просто сидеть и ничего не делать, показалась абсурдной.
Вспомнились слова мамы: "Если не преодолеть свои страхи, то и добиться ничего не получится. В жизни всегда приходиться переступать через себя ради конечной цели". Вот только слушая в очередной раз ее нравоучения никак не могла подумать о такой ситуации. Я понимала о чём она, особенно когда это было связано с работой. Не все заказчики тебя понимают, и тем более не все будут относиться к тебе лояльно. Приходилось много стараться, иногда даже через слёзы, чтобы добиться успеха. В конечном итоге именно эти слова стали решающими. И в этот момент они заставили прийти в чувство и стараться рассуждать логически.
Можно было дождаться помощи, но кто знает не поздно ли она прибудет. К моему нахождению здесь точно были причастны злоумышленники, значит нужно искать выход пока про меня не вспомнили. В один прекрасный момент поняла, что стою с закрытыми глазами, просто чтобы не видеть всей удручающей ситуации и ещё больше не нагонять на себя панику. Веки открывала по чуть-чуть, чего боялась непонятно, но так было в несколько раз легче смириться с неизбежностью. С каждым миллиметром открывающегося пространства, всё больше хотелось вернуться домой и прижаться под бок к маме, словно мне просто приснился кошмар. Озноб пробирал до костей. Ноги и руки уже плохо слушались, а хлипкая дверь в хижину, которая, будь бы я хоть чуточку посильнее, уже давно бы валялась на полу за ненадобностью.
Осмотревшись ещё раз, заметила в углу неприметную тумбочку, которую в потёмках и не увидела. На ней лежал скомканный, пожелтевшие от старости листочек. Будь там хоть карта всей местности, куда в таком виде я пойду? Здесь холодно, что уж говорить про улицу, где кроме огромного сугроба снега за окошком, ничего не видно. Дом будто специально был расположен в низине, так что разглядеть, пока не выйдешь, ничего не удастся.
Раскрывать помятый лист было тревожно, страх давно прошёл, от понимания, что он мне тут ничем не поможет. Хотя искусанная за всё время губа до сих пор страдала, но это единственный способ снять стресс. Я отвлекалась на ноющую боль, которая попеременно посещала пострадавшие места. Ещё раз выглянув в оконце, заметила тропинку, уже покрывшуюся лёгким снежком и следы на ней, оставленные явно женской ногой. Первое было удивление, кто-то до меня тут был? Потом же я вспомнила про записку, не могла же она появится из воздуха.