Я замолчал, а тишина в зале длилась еще около двух минут.
– Что ж, пожалуй, вы правы, Александр Анатольевич, – высказал общее мнение Тарасевич. И добавил: – Будем расходиться. А вот что касается прогнозов и пророчеств, то обращайтесь прямиком ко мне, к моей новой хронофутурологии. Могу, например, по секрету сказать, что в 2010 году сборная России станет чемпионом мира по футболу, а тренировать ее будет грек. В финале она выиграет у Марокко со счетом 2:0.
– Непременно обращусь, когда понадобится, – улыбнулся я. – Только сначала мне бы хотелось перекинуться с вами в… картишки.
– Уф-ф! – выдохнул Тарасевич и засмеялся. – Это ж надо! Так глупо проколоться.
Наш обмен репликами никому кроме нас не был понятен. Все уже потянулись к выходу из кинозала. В принципе, сеанс «психоигры» завершился продуктивно. Аналитической обработкой информации займусь позже. Но одно ясно: кое-какую рыбку из мутной воды я все же выловил.
– Потолкуем, Евгений Львович? – предложил я.
– Конечно! – весело откликнулся Тарасевич. – Всегда с удовольствием.
Мы остались в кинозале одни.
ГЛАВА ВОСЬМАЯ, ставящая много, еще больше, вопросов
Физик-ядерщик вытащил из кармана замусоленную колоду карт и произнес:
– В «очко» или «дурака», как прикажете?
– Ну уж дудки! С вами, полагаю, без кальсон останешься, – сказал я.
– Эт-то точно! – Он засмеялся в иссиня-черную, с проседью бороду. – Но я на деньги играть зарекся. Меня ведь даже в казино не пускают, я у них в каком-то там списке.
– Значит, это вы – тот самый карточный фокусник из ФИАНа, о котором сами же и проговорились?
– Конечно!
Тарасевич ловко – я не успел и глазом моргнуть – достал из колоды сразу четырех тузов и джокера. А потом, уже из моего кармана, – еще таких же четырех тузов с джокером.
– Практика, – скромно сказал он в ответ на мой восхищенный взгляд. – Долгие годы тренировок скучными вечерами в секретной лаборатории ядерного института. «Физики шутят», знаете ли. Во время вынужденного безделья чем только не займешься! В шахматах думать надо – это не подходит. Голова и так забита всякими схемами. Нужна разгрузка. А вот карты, пинг-понг, розыгрыши – самое милое дело, в это время и рождаются гениальные идеи. Эйнштейн, по слухам, выдумал теорию относительности, дрессируя любимую собачку, дразня ее косточкой. А наши шарашки в лагерях? Почитайте Солженицына.
Физик убрал колоду и усмехнулся.
– С этим мы разобрались, – сказал я. – А вот как быть с часиками Аллы Борисовны и зажигалкой Бижуцкого?
– Так и знал, что вы об этом спросите. Как догадались, Александр Анатольевич?
– Вчера, во время завтрака, вы пошли за второй чашкой кофе. Проходя мимо столика мадам Ползунковой, наклонились к ней и сказали что-то веселенькое. Часики лежали возле ее тарелки. У меня не было уверенности, что это именно вы. Имелись и другие подозреваемые. Но сегодня, когда вы обмолвились о карточном шулере и обручальном кольце…
Я взглянул на свой безымянный палец на правой руке: слава богу, кольцо было на месте. Тарасевич засмеялся.
– Мог, мог снять! – хохотнул он. – Да, сознаюсь. Моя работа. И зажигалка тоже. И кое-что еще. По мелочи. Но потом я все вернул владельцам. Они и не догадывались. Или не хотели поднимать шум.