— А я вот решил, раз начинать новую жизнь, заодно бросить всю эту менталистику и заняться флорой. Красиво и полезно! На восьмом веку только интересного открыл. Отдельной задачей стало вырастить основную часть задуманного к празднику Белена. Почти успел!
— И очень кстати! У нас, понимаете, нестандартная ситуация. Понятия не имею, что это значит и зачем именно оно нужно. Звучит, предупреждаю, страшно романтично, аж скулы сводит, но, в общем, нам нужны золотые яблоки, — наконец выдала я. — И если кто-то знает, где они или как их выращивать, то это Вы.
— Ох, это…
— Надеюсь только, не томаты имеются в виду? Скажите сразу, чтобы отсмеяться заранее!
— Нет, — помотал головой мудрец. — Никаких злых шуток, это действительно яблоки. Ну, почти.
— Неужели даже Вы понятия не имеете, где их достать?
— В том-то и дело: имею, и самое чёткое. Но у меня их точно не растёт — и слава Трисмегисту, а то Вы так просто по саду не разгуливали бы. Я сам с радостью поделился бы из профессиональной солидарности, но нюанс в том, что плоды, то есть деревья, боюсь, во владениях моего старшего коллеги и друга — того самого, на пару с которым мы инициировали троклятое разделение. В его щедрости я тоже абсолютно уверен, но здесь кроется второй нюанс: речь о владениЯХ, но не владенИИ, то есть не о его собственности. Придётся задобрить тех, кого можно назвать владельцами. А до того — их найти… И опознать. И… При любом раскладе, иначе, как через старого товарища, Вам своего не добиться. А Вы, молодой человек, корридой увлекаетесь? — невподад спросил алхимик.
— Нет, — получше сворачивая плащ, ответствовал приятель, — увлекаюсь излишней участливостью и, как следствие, косплеем странного. Подождите. Я правильно понял, что нам на… на…
— Остров яблок. Всё логично. Дошутились, — деревянным голосом констатировала я, вспомнив чудачество проводницы о королеве Игрэйн. — Ладно. Бывало хуже, а пока никто толком не успел задуматься и перепугаться, мы, пожалуй, пойдём. Знать бы ещё, куда и как!
— И всё-таки задержитесь ещё, а куда и как — научу. Я всё упорствовал с молодильным средством, но это так, дело шуточное, баловство, — посерьёзнел мудрец, обращаясь ко мне, — сейчас же поговорим о необходимом. Обычно принято начинать предложение фразой «если не ошибаюсь», но здесь я точно не ошибаюсь: Вас гложет какая-то мысленная пакость, от которой я хотел бы помочь Вам избавиться. В конце концов, зачем, если не для пользы кому-нибудь, весь этот огород?! Не бойтесь лишних трат: целебными настоями, тем более предложенными мною самим, я снабжаю безвозмездно.
— А откуда знаете, спрашивать бессмысленно?
— Отчего же? Во-от тот милый цветочек имеет прекрасное свойство чувствовать — как бишь сейчас выражаются? — стресс из-за неприятных или опасных воспоминаний, затаённых обид, планов мести и прочих скверностей. Обратите внимание на этот характерный оттенок. Он повёрнут мордой к Вам.
Алхимик подошёл к одному из многочисленных экзотических растений, закрывающих почти весь вид из широкого окна. Крупный цветок типа полузакрытой лилии-переростка с длинным, мясистым каким-то пестиком налился ядовито-жёлтым, заметно светился и, кажется, шевелился, пробуя воздух.
— В спальне я бы такой не поставила.
— Зря, очень зря: побочным эффектом он прекрасно очищает воздух. Так вот: этот цвет не означает ничего хорошего. Если быть точным, он указывает на ужас, граничащий с безумием. На Вашем месте, фройляйн, я бы забыл эту гадость, чем бы она ни была, окончательно и бесповоротно!
Несмотря на сомнительный, прямо скажем, источник сих сведеиф отрицать их правдивость было глупо, даже опасно. Разборки с книгой и дорогой к алхимику, может, и отвлекли мои мысли на непродолжительное время, но всё равно они, подобно всепроникающим любопытным крысам, не переставая искали лазейку в те пределы памяти, где таилось неописыемое нечто, некстати разбуженное вместе с воспоминаниями нужными. И если оно проснётся окончательно…
Я помотала головой, отгоняя нежелательные образы разговора высокого мужчины с КЕМ-ТО в сумрачной комнате.
— Было бы здорово. А то, кажется мне, соседи из нас так себе — останется, как говорят, только один. Но я не совсем понимаю, что нужно делать.
— Очень благоразумное решение. А нужно просто приблизиться к нему, — объяснил Басилиус, подводя меня к растению. — Не бойтесь, хорошо? На самом деле он ничего такого не делает.
— Звучит уже зловеще!
— Лучше глаза …
Увы, предупреждение не поспело вовремя. Боли практически не почувствовалось, но сам факт созерцания того, как призрачный язык-лиана, хищно извиваясь, залезает тебе в сердце и с сочным хлюпом что-то оттуда выдёргивает, унося в лепестковую «пасть», способен лишить покоя и без физических спецэффектов.