— Секундочку номер два, — снова нахально вклинилась я. Наученные полезным опытом, товарищи послушно замолчали. — Тут одна аналогия была, ты, Кристина, сама же её упоминала. Ну, яблоки, сад, греки. Всем ясно? Мне кажется, речь об одном и том же.
— Не кажется, вполне вероятно.
— А вот другая параллель тебе не очень понравится. Как бы сказать-то… я о коллеге хозяина керикиона. Очевидно, нет?
Я не знаю, каким образом с неорганической плотью сочеталось наличие мимических мышц, однако в этот раз глаз задёргался уже у Серой, вызвав ехидную ремарку Миши о заразности невротизма.
— Вы меня в могилу свести хотите! Своим ходом на острова ещё куда не шло, но так! Вы думаете, я каменная, что ли?
— Ma foi, они несколько опоздали, ты уже именно такая.
— Сама знаю. Ладно. Параллель очевидна, не могу не признать. К зайцам так к зайцам. Есть у кого в карманах обол, триенс или хотя бы десять рублей?
***
Моё осторожное предложение в качестве альтернативного способа переправы ещё раз потеряться в библиотеке было встречено ответным — сразу самозакопаться, поэтому сотрудничество с суровым лодочником стало основной версией. Приключаться положили тем же тройственным составом.
Хотя плату наскребли быстро — теми самыми десятью рублями в трёх экземплярах, по национальности путешественников — отправка задержалась ещё на неделю, потребовавшуюся всему дружескому коллективу и профессорам для проверки всех подводных камней (в обоих смыслах, ага), что обрекли бы нашу горемычную троицу на дорогу в один конец. Учебный процесс замер, были объявлены внеочередные каникулы — разумеется, с уймой самостоятельной работы. Мы, впрочем, не завидовали: на финальном этапе исследования и сны, и мысли наши складывались исключительно в известном стихотворном размере.
— Здесь где-то был за углом Виргилия том на латыни — принес бы?
— Сделай перерыв, а? Зачем на латыни тебе, мало разве сего перевода?
— Ладно, сейчас сам схожу: слышу ясно я тон твой надменный. Тфу ты, пристало. А дело-то в чём, почему все в печали глубокой?
— Да не нашли ничего, но устали, а скоро нам в плаванье нужно. Так, всё. Молча клади книгу, расходимся досыпать пару часов, остальные своё дочитали и уже ушли.
В теории идея воспользоваться услугами морских перевозок звучала лаконично, романтично и героически, а вот на практике стоять на берегу неправильного моря, сжимая в руке отечественную версию навлона, было очень и очень тревожно.
— Я так и не понимаю: почему всё на готово не вручить? Зачем эти похождения Чичикова? — беспокойно переминаясь с ноги на ногу, перекладывала я вину на архитектора.
— А я, думаешь, не спросила? — огрызнулась Серая. — Сказал, не в его компетенции всевозможное цветущее и солнечное, в противном случае, даже разруби его надвое, всё равно затопило бы обязанностями. Это был намёк, очевидно, но кто ж знал.
— И тут бюрократия! То есть даже для добывания чего-то миленького, жёлтенького и клугленького надо связываться с очередной хтонью?
— Сомневаюсь насчет «миленького». Тебе известно происхождение слова «панический»?
— Что-то помню, но не точно.
— Тем лучше. Ладно, студент. Удачи. Врать, что тут нет ничего страшного, не буду.
Наставница изчезла в стремительно срастающемся портале, из которого виднелся кусрчек родного и такого безопасного университета. И, разумеется, ни объятий, ни рукопожатия. Хотя бы оглянулась, на том спасибо.
«Кажется, девизом нашим будет "Ладно, ну почти"» — бормотала я про себя, отвлекаясь, чтобы только трусливо не рвануть следом.
— Л-ладно, ну что там надо было делать?
А вот нетвёрдый голос друга взбодрил сильнее: не только я трясусь осиновым листом!
— За последнюю проверку и отбор платы отвечал Адриан. Сказал просто кинуть её в воду и сообщить, куда нам нужно, хоть бы мысленно.
— И всё? Как-то от сувенирных монеток никаких мистических эффектов не припомню.
— Монетки ты бросал не в море альтернативной реальности, открытой трёхсотлетней хтонированной профессоршей и хранимой кем-то ещё почище. Можно ещё помолиться.
— Для надёжности?
— Для спокойствия.
«Не то» море, будто загодя почуяв наше намерение, решило удариться в шторм и потому походило более на балтийское, чем на подразумевавшееся средиземноморское. Монетки мгновенно унесло волнами.
— Что и как он на них понарисовал, кто-нибудь заметил? На птиц, даже мутантных, не похоже.