— Или с нами, — вставил Заместитель, — которые еще не стали бандитами, но готовы ими стать.
— Я не бандитка. Я честная, я очень честная женщина. Но на меня напали. Что мне делать? Вы — мужчины, помогите мне, спасите. Меня обижают, оскорбляют, со мною пытаются расправиться даже физически. Скажите, что мне делать?
— Летим в Лондон, — сказал Заместитель. — Как это ни противно, но пока у нас нет другого выхода.
В Лондон мы летели на «боинге». Я с Анютой летала на наших «ТУ-134» в Сочи и Евпаторию. В детстве она часто простужалась, и врачи рекомендовали свозить ее на юг. Я, маленькая, и то испытывала неудобства в узких креслах, зажатая с двух сторон пассажирами. По времени до Сочи лететь столько же, сколько и до Лондона. Я, может быть, впервые в жизни поняла, какой комфорт дают деньги. Широкие кресла, замечательная еда. Заместитель пил виски, я джин с тоником, и в Лондон мы прилетели в приподнятом настроении. Взяли такси и приехали в гостиницу, номера в которой заказали еще в Москве. В этой гостинице Заместителя знали, они с отцом всегда останавливались здесь. Гостиница на одной из тихих улиц, почти в центре Лондона, трехзвездочная, как объяснил Заместитель, но пятизвездочные отели я видела только в кино, поэтому сравнивать не могла. Мне понравился номер с широкой кроватью, с телевизором, холодильником и даже встроенным в нише электрическим чайником.
Я зашла к Заместителю, у него был точно такой же номер с точно такой же кроватью.
Впереди был целый вечер. В Лондоне было так же жарко, как и в Москве. Он хорошо знал город, мы ходили по улицам и площадям, о которых я читала в книгах Диккенса и Голсуорси. Англичане не меняют названий улиц в отличие от нас.
Устав, мы зашли в паб и пили пиво. В пабе были не только англичане, слышалась и немецкая речь. Вокруг было много негров, мне даже показалось, что их больше, чем белых. Со мною пытались заговорить, но я не понимала, и меня не понимали с моим школьным английским. Но Заместитель, вероятно, говорил хорошо и бегло, и я успокоилась. Единственное, чего я боялась, — это потерять его в толпе, поэтому все время держалась за его руку. Без него я, пожалуй, смогла бы добраться только до гостиницы и только на такси, карточку с названием гостиницы я сразу же положила в сумочку, как советовала мне Римма. У нее был опыт путешествий по другим странам, три года она была любовницей какого-то чиновника, и он, выезжая, всегда брал ее, а его жена была занята с внуками.
Мы посидели в небольшом ресторанчике, и я попробовала английский бифштекс, который оказался огромным.
Я с облегчением сбросила новые туфли. Мне о многом хотелось его расспросить, но я помнила, зачем мы сюда приехали.
— Расскажи мне о сэре Идкинде, — попросила я.
— Еврей, — начал он.
— А что, евреи тоже бывают сэры? — спросила я, правда тут же поняла, что сказала глупость.
— Здесь все сэры, — рассмеялся он. — Ты путаешь с пэром и лордом.
— Извини.
— Идкинд — это от женского имени Идка. У евреев очень часты фамилии от женских имен: Фридка, Малка. Отсюда — Фридкины, Малкины, Идкинды. Прадед Идкинда эмигрировал из белорусского местечка Шклов в конце прошлого века. А брат прадеда Идкинда остался в России, взял фамилию по названию Шклова и стал Шкловским.
— Значит, представитель его фирмы в Москве Шкловский. Родственник?
— Ты быстро соображаешь.
— Ты доходчиво объясняешь. А что представляет собой сэр Идкинд?
— Ему чуть больше семидесяти, воевал с немцами.
— Он очень богатый?
— Думаю, да. Но если об американцах почти всегда известно, сколько миллионов они стоят, то англичане свое состояние не рекламируют.
— Он рисковый?
— Да. Иначе он не был бы богатым, потому что его отец владел аптекой, а у него два десятка судов. Хватит о сэре Идкинде. Эту проблему мы будем решать завтра, а сегодня расслабься и получай удовольствие. Ты — в Лондоне, величайшем городе мира.
— Я должна многое посмотреть, — согласилась я и протянула ему список музеев, который составила мне Римма.
Он посмотрел список и сказал:
— Очень напряженная программа.
— Я справлюсь, — заверила я его.
После ресторанчика мы гуляли по Лондону. Он рассказывал мне об английских королях и королевах. Я, конечно, старалась запомнить, но меня больше интересовали ярко освещенные витрины и цены. Я тут же переводила фунты стерлингов в рубли, сравнивала московские и лондонские цены. Сравнение было не в пользу Москвы.