— И устроится. — Кирилл постарался придать голосу максимум уверенности. — Я же устроился в мирной жизни. И как видишь, совсем неплохо. Все у вас будет в порядке.
Но Лариса уверенности Кирилла почему-то не разделила. Покачала с сомнением головой.
— Я решила ничего не скрывать, все рассказать ему про себя…
Кирилл протестующе замахал руками:
— А вот этого не надо. По себе знаю. — Видя, что Лариса опустила голову, Кирилл взял ее рукой за подбородок, посмотрел в глаза. — Эх ты, рыжая, рыжая… Неужели рассказала? — Кирилл откинулся на подушку. Выпустил в потолок колечко дыма. Поймал его рукой. Вздохнул. Посмотрел на пустую ладонь. — Мне жена изменила. Случайно, как она выразилась. С бывшим своим одноклассником. Это пока я в зеленке, как заяц, прятался. И, дура, спустя несколько лет, когда уже дочь родилась, обо всем мне рассказала. Я вроде бы вначале простил, но потом все равно отношения разладились. Пришлось развестись. Так что если еще не рассказала, то и не рассказывай. Послушайся совета бывалого мужика. И сама забудь. А насчет того, чтобы тебя перевели заместителем главного, я вопрос поставлю ребром. Чем я тебе еще могу помочь?
— Я боюсь, что ты только навредишь, вдруг проговоришься? Ты же себя не можешь контролировать. Тогда мне и отсюда надо будет уезжать, а ехать мне уже некуда…
— Короче, и ты хочешь, чтобы я скорее отсюда убирался?
Под утро Кириллу снились женщины. Сон был несуразный и чем-то напоминал сцену с освобожденными женщинами Востока из фильма «Белое солнце пустыни». Только дело происходило не среди песков, а в комнате, напоминавшей больничную палату. Лица женщин были закрыты чем-то вроде чадры. Но при этом Кирилл знал, что все они настоящие красавицы. В этом сне Кирилл искал себе невесту. Он подходил к каждой из женщин и поднимал чадру. И каждый раз под чадрой оказывалось прекрасное лицо, но совсем не то, которое Кирилл хотел увидеть. Осталась последняя женщина. Кирилл уже собрался было поднять чадру, как в дверь постучали, и женщины мгновенно испарились, точно и не было их вовсе. Женщин не было, а стук повторялся и повторялся. До тех пор, пока Кирилл не проснулся.
Кирилл открыл глаза. В дверях стояла Лариса и настойчиво стучала о деревянный косяк. Увидев, что Кирилл проснулся, она улыбнулась.
— Вставай. Главный хочет тебя видеть. Соскучился, наверное.
Выглядела Лариса прекрасно. Так, словно и не было бессонной ночи и тяжелого, выматывающего душу разговора. «Молодец, рыжая!» — подумал Кирилл.
— Классно выглядишь. А к начальству со мной пойдешь?
— Нет уж, хватит. Отдувайся сам. А у меня смена кончилась и дома ждут.
— Эх! — Кирилл взъерошил пятерней волосы. — А кто обещал, что будет легко. Верно? — И, не дожидаясь Ларисиного ответа, начал быстро одеваться.
Вячеслав Германович приподнялся из кресла навстречу Кириллу, кисло улыбнулся и указал пухлой белой рукой на стул.
— Еще раз рад поприветствовать вас в родных местах. Ваша матушка ведь проживает в соседнем районе нашей области?
Кирилл молча рассматривал Вячеслава Германовича. Подождал, пока тот начал беспокойно ерзать в своем кресле.
— Так я тебе и скажу. Если ты будешь недоволен, что я на тебя напишу телегу, в Москве ты меня не достанешь, а матери можешь кур потравить.
Вячеслав Германович покраснел от возмущения.
— Как вы можете такое даже подумать?
Кирилл невозмутимо пожал плечами.
— А что делать, если такие мысли в голову лезут?
— Мы всегда будем вам рады. Приезжайте с семьей. У нас можно прекрасно отдохнуть. Вы ведь будете еще в наших краях?
— Буду. Куда денусь, — заверил Кирилл голосом, не предвещающим ничего хорошего. — А ты грамотно подводку делаешь. Сейчас спросишь, это почему же бухгалтеру надо зарплату повышать? А я, мол, повышать не могу. Так?
Вячеслав Германович даже повеселел немного. Разговор, хоть и неприятный, начался как бы сам собой и сразу пошел в нужном направлении.
— Так. Мы государственное унитарное предприятие. — Он пошарил быстрыми беспокойными глазами по безмятежному лицу Кирилла. — А еще я слышал, что вы предлагаете назначить главной медсестрой Веру Брусничкину, а главным врачом санатория — доктора Ларису Петровну. И как это вы так быстро разобрались, кого на какие места ставить?
— А я вообще сообразительный. — Кирилл приветливо улыбнулся. Что тут сложного? Старшая сестра Полина хамка, ничего не понимает в лекарствах нового поколения. К тому же выпивает. — Кирилл закурил, не предлагая Вячеславу Германовичу. Подождал, пока тот подвинет к нему пепельницу. — Как мужчину я вас понимаю. Конечно, с женщиной, с которой спишь, надо расплачиваться. Но необязательно должностью, лучше разово, деньгами. Должностями расплачивались только при советской власти. — Кирилл поднял невинный взгляд на стену чуть выше кресла Вячеслава Германовича. Там все еще сохранялся темный, не выгоревший на солнце прямоугольник от некогда висевшего портрета. — А сейчас все рыночные отношения строятся на денежных эквивалентах. Тебе сделали одолжение — ты расплатился. Хорошая работа может быть только при хороших работниках. А Вера замечательный работник. Она молода, красива, она милосердна. Вы знаете, как в кино выбирают актрис на главную роль?