Началась тренировка. Корецкий предложил «пристрелять» оружие. Он попросил Алену и Николая изобразить «живые мишени», а всем остальным приказал продемонстрировать снайперские умения.
— Миленькая зарядка в шесть часов утра, — проворчала Алена, стараясь, чтобы ее услышал тренер.
Но Корецкий невозмутимо пропустил ее реплику мимо ушей. Алена и Николай заняли позиции и стали вполсилы перебегать от укрытия к укрытию. Остальные игроки вскинули маркеры, но стрелять начали только бывшие «белые волчицы». Остальные не могли отказать себе в удовольствии посмотреть, чего стоит игра старушек-мастеров. А посмотреть было на что. Алену подстрелили через полторы минуты с пятидесяти метров. Николай продержался на тридцать секунд дольше. Он был сражен красящим шариком с позиции шагов в семьдесят. После этого невозмутимый «поляк» взорвался.
— В чем дело, господа? — закричал он. — Вы хотите занять места в смотровом секторе? Почему никто не работает? И почему «мишени» двигаются с черепашьей скоростью?
— Утро… — пробормотал, оправдываясь Николай. — Зимнее утро… Низкое атмосферное давление и отсутствие солнца… В смысле энергии…
— Давление? Энергия? — теперь Корецкий меньше всего походил на невозмутимого поляка, скорее — на разъяренного грузина. — Екатерина Максимовна! Елизавета Петровна! Я могу вас попросить сыграть роль «мишеней»?
— Конечно, Игнат! — весело отозвались старушки чуть ли не хором. Надвинули защитные маски на лица, поправили наколенники и налокотники. И бодро побежали по ангару.
— Ух, ты… — задохнулся в восхищении Николай и вскинул маркер наизготовку.
В других игроках, видимо, тоже проснулся азарт. Если какие-то старушки вышибают мишени за полторы минуты, то неужто они — хуже? Одна лишь Саша стояла, опустив ствол своего оружия. В старушек она стрелять ни при каких обстоятельствах не могла. Видимо, все-таки не была создана для такой игры, где нужно было стрелять в людей. Бегали бабушки презабавно. Выскакивали из-за укрытий с ребяческим визгом, пригибались, перебегали семенящими старушечьими шажочками и даже осуществляли профессиональные пейнтбольные перекаты. Сначала весело было всем. Однако, когда стало понятно, что в старушек при всем их комизме ни при каких ухищрениях не попасть, игроки опечалились. И с отчаянным энтузиазмом стали растрачивать боезапас.
— Снайперам можно двигаться! — крикнул Корецкий, видя, что противостояние «мишеней» и «снайперов» слишком неравное.
Бегающая Елизавета Петровна напоминала медузу Горгону — такой уж она выбрала себе шлем: с множеством каких-то косичек и хвостиков. Кроме того, на макушке торчали три страусиных пера, выкрашенных в яркие цвета радуги. Саша смотрела, как завороженная, на эти перья, а потом ей почему-то захотелось их сбить со шлема старушки. «Я не буду стрелять в человека, — подумала она. — Я буду метить в «фенечку». Игнат говорил, что ствол маркера при выстреле обычно поднимается кверху. Возможность попадания в маску минимальна. Кроме того, на моем маркере установлен оптический прицел. Неужели при этих обстоятельствах можно промахнуться?»
Другие игроки давно уже подбирались к мишеням и находились вдалеке от Александры. Она, несмотря на разрешение Корецкого, двигаться не стала, а просто подняла ствол, изготовилась и выстрелила. В оптическом прицеле было видно, что пук перьев на шлеме «мастера» просто разлетелся. В пух и прах. «Если пользоваться оптическим прицелом и хорошим маркером, можно попасть туда, куда хочешь, — сделала вывод Саша. — Для этого не обязательно быть опытным пейнтболистом. Достаточно иметь приличное зрение. И чтобы руки не дрожали. Как это усложняет поиски! Только бы старушка не обиделась на то, что я испортила такую красоту». В каком-то непонятном возбуждении она поводила стволом из стороны в сторону, опустила его ниже, поймала в прицеле подошву Екатерины Максимовны, высовывавшейся из-за горки мешков с песком, и нажала на спусковой крючок.
Оптика показала, что и этот выстрел достиг цели — подошва окрасилась в нежно-розовый фосфоресцирующий цвет. В такой же, каким окрасили физиономию нерадивого врача «скорой помощи». «Это не какой-то супер-снайпер, — озабоченно подумала Саша. — Из маркера стрелять несложно. В конце концов, этот снайпер, возможно, имел своей целью больше жертв, чем поразил. Я сделала два выстрела и попала. Делая это второй раз в жизни. Преступник может не иметь никакого отношения к пейнтболу. Вполне вероятно, что он просто купил маркер, пристрелялся и начал свою экстравагантную охоту. Зря мы здесь теряем время. Но как сказать Корецкому, что мы не собираемся участвовать в соревнованиях?»