— Заткнись, Джорди, — сказал я. «Мы не можем идти дальше таким образом. Никто не виноват – никто из нас. Мы ничего не замышляли.
— Да, — сказал Лан тихо, но угрожающе. «У этого Рамиреса очень много на совести».
Через мгновение послышался стук в дверь. Дверь открыл один из охранников. Краем глаза я увидел, как Таффи скользнула в угол, спрятавшись за диваном. Рамирес вошел, как всегда элегантный. - Надеюсь, у тебя нет недостатка?
«Держи эту чушь при себе», — ответил я прямо. «Каков твой следующий шаг, Рамирес?»
Он улыбнулся, как будто ему было очень весело.
«Ну, я просто хотел познакомить тебя с кем-нибудь», — сказал он. Он высунулся и указал на кого-то в коридоре. Снова посмотрев на меня, он сказал: «Я уже говорил тебе, что не следует говорить клеветнические вещи, если ты не можешь их подкрепить».
Мужчина, вошедший в каюту, был примерно моего роста, темноволосый и с черной бородой. В руке у него были мои лабораторные записи.
— Твой старый друг. Я полагаю, вы все знаете г-на Марка Тревельяна», — сказал Рамирес.
II
Я посмотрел Марку в глаза. Мое сердце пропустило несколько ударов, и волосы на затылке встали дыбом. Нечасто встретишь мертвого человека, а тем более мертвого брата. Послышался звук, похожий на долгожданный выдох, а затем наступила гробовая тишина. Лан ответил первым.
«Это был тот маленький парень, которого я...»
Его голос затих, когда Марк перевел на него взгляд. «Ах, Ян Льюис. Так это ты продал мне эту пощечину? - сказал он весело. Затем его голос стал холодным и жестким. «Тебе следовало остаться в своей хижине на пустоши, ты, шотландец».
Вся картина недавних событий внезапно изменилась, как цвета в калейдоскопе, создав совершенно новую картину. Неудивительно, что Лан не узнал бородатого мужчину на «Сирене» . Последний раз он видел Марка маленьким мальчиком. Возможно, я и узнал его, но просто не удосужился посмотреть. Той ночью на Нукуалофе мы не искали мертвеца. Я взглянул на остальных. На лицах менялось то удивление, то медленно проступающее осознание. Клэр посмотрела на Марка спокойно, оценивающе, затем презрительно хмыкнула и повернулась к отцу. Кэмпбелл защитным жестом схватил ее за запястье, не сводя глаз с Марка. Он ничего не сказал.
Рлан не скрывал своего гнева, а Джорди просто продолжал смотреть на Марка исподлобья. Паула сделала импульсивное движение, словно собираясь подойти к нему, но затем вздрогнула и скрылась за спиной Джорди. Тэффи, конечно, не показалась.
Марк посмотрел прямо на меня. — Привет, Майк, — сказал он как ни в чем не бывало.
— Марк, ради бога… Я…
Марк встретил мое молчание со спокойной вежливостью. Он на мгновение подержал мои записи.
— Я рылся в вашей лаборатории. Как заботливо с вашей стороны провести для меня предварительное исследование. Наверное, я не смог бы сделать лучше».
Он бросил бумаги на стол,
Лан посмотрел на него черными гневными глазами. «Жаль, что я не ударил тебя немного сильнее», — прорычал он.
Марк улыбнулся, но ничего не сказал. Он снова схватил мои записи и начал листать их одной рукой. — Думаю, прямое попадание, Майк. Там миллиарды, вам не кажется? Жаль, что вы так потратили свое время. Но эй, ты сэкономил мне много работы».
Я выдавила слова из пересохшего горла. «Какой ты ублюдок».
«Эй, давай, Майк. Это мило по отношению к нашей матери?
Он осмотрелся. — А кто еще у нас здесь? Ну что ж, Уилкинс, не так ли? Как сейчас дела на севере, Джорди?
Джорди дал волю своему отвращению. — Гораздо чище, чем здесь, в этой каюте.
«Мы все знаем что-нибудь интересное», — ответил Марк, позабавившись. — И мой дорогой бывший босс, мистер Кэмпбелл, чувак.
Падение воина - и Клэр. Жаль, что ты здесь, Клэр.
Она отказывалась смотреть на него и молчала. Это раздражало Марка. Он сердито пожал плечами и повернулся, чтобы заглянуть за спину Джорди. «А кто эта прекрасная девушка в тени?»
он спросил. «Я не знал, что ты такой любитель женщин, Джорди».
Он обошел стол и вдруг остановился как вкопанный. Лицо его стало смертельно бледным. «Паула!» он прошептал. Он быстро повернулся к Рамиресу. «Вы не сказали мне, что она была на борту».
Рамирес пожал плечами. «Что делает женщину более или менее важной?» - сказал он небрежно. Они коротко обменялись гневными взглядами, что многое говорило об их отношениях. Паула поднялась на ноги. 'Отметка! О, Марк! Я думал, ты умер. Почему ты не пришел ко мне? Ты мне не доверяешь, Марк?
Рамирес тихо усмехнулся.
Марк выглядел явно обеспокоенным. «Мне очень жаль», — сказал он. «Мне жаль, что тебе придется пройти через это». Он сделал странный жест, словно отталкивая ее. Дрожь пробежала по моей спине. Одним этим внезапным жестом он отверг нас всех, как бы вытер нас всех из своей жизни. Паула сделала шаг вперед. — Но Марк, я…