То, что я сказал, меня не удовлетворило. «Проблема в том, изменились ли эти течения за последние пятьдесят тысяч лет? Не знаю, но на самом деле я так не думаю. Это не так уж и много времени.
Джорди хмыкнул.
Я указал на что-то на карте. «Что меня действительно беспокоит, так это вот это — желоб Тонга. Наш земснаряд достигает глубины лишь 30 000 футов, а глубина дна желоба местами достигает 35 000 футов».
— Настоящая лужа, — сухо сказал Джорди. — Это больше десяти километров. Ты можешь утонуть в этом, если не будешь осторожен.
«Если эти богатые кобальтом конкреции образовались на дне желоба, мы зря тратим время», — сказал я, игнорируя его чувство юмора.
«Вы можете их вытащить, но это будет равносильно выбрасыванию денег в море. Кстати, я еще не сказал боссу. Тогда он просто потеряет смелость, и мы можем без надобности разбудить спящих собак».
«Он не услышит этого от меня», — пообещал он.
Однако я искал Кэмпбелла по другой причине; Я нашел его в его любимом месте на палубе с книгой. Мы немного поговорили о корабле и погоде, а потом я спросил: «Правда ли, что говорит Клэр, что ты стрелок?»
«Я неплох», — сказал он почти скромно.
«Я бы хотел научиться стрелять. Там, в Танакабоэ, мне не удалось добиться выстрела, а эти ублюдки просто слонялись вокруг.
Он ухмыльнулся. — Тогда что случилось?
«Кажется, я забыл предохранитель».
«Я так и думал», - сказал он. «Ясно, что ты мало что об этом знаешь».
— Ни капли, — твердо сказал я.
'Хороший. Тогда мне не придется учить тебя плохим привычкам. Подождите, я принесу пистолеты.
Он вернулся с четырьмя орудиями и положил их на палубу. Я видел три раньше, и четвертый был братом-близнецом револьвера, который я тогда держал в руках. Я не спросил, где он их прятал все это время. Он сказал: «Я не знал, с какими неприятностями нам придется столкнуться, поэтому на всякий случай принес эти два пистолета 38-го калибра для тебя и Джорди».
«А какой у тебя тогда?»
«О, мой любимый — .22. Они для меня и Клэр — она тоже может кое-что сделать, но ей нужно больше практики».
«Я всегда считал, что 22-й калибр бесполезен против людей», — сказал я.
«Вы похожи на полицию. Он всегда считает, что у тебя должен быть калибр 0,38 или даже больше, — неодобрительно сказал Кэмпбелл. «Если посмотреть на это с другой стороны, кто обычно пользуется пистолетом?»
Я думал. «Полиция, военные, преступники и любители вроде вас».
'Именно так. Видите ли, у армейского офицера не так много времени на тренировки, даже в военное время, поэтому он получает самый тяжелый пистолет с огромной силой удара - .45. С таким оружием ему не обязательно быть стрелком. Если он просто получит своего человека, он уже облажался.
Кэмпбелл взял в руки пистолет 38-го калибра. «В полиции они тренируются чаще, поэтому обычно получают вот это или выбирают сами. Оружие, которое удобно лежит в руке и незаметно спрятано в кобуре. Но это делает ствол немного коротким, и они не такие точные. Вы, должно быть, много стреляли.
Теперь он взял в руки пистолет .22. «Из этого оружия действительно нужно уметь хорошо стрелять. Пуля маленькая и не сможет сразу повалить противника на землю, поэтому вам нужно знать, как попасть в нужную точку. Он стреляет невероятно чисто – во всяком случае, этот так и есть. Если вы имеете дело с человеком, который всегда носит с собой пистолет 22-го калибра, лучше держаться от него подальше, особенно если он не в духе, потому что это означает, что он стреляет инстинктивно и быстро».
«Как далеко ты стреляешь из такого пистолета?» Я спросил.
— Далекий путь, но дело не в этом. Важно то, на какое расстояние он стреляет чисто, а для этих пистолетов это недалеко. Средний стрелок может поразить кого-нибудь с расстояния десяти ярдов из пистолета .38. Снайпер до двадцати метров. И я не говорю об учениях на стрельбище. Я говорю об действии, когда противник стреляет в ответ».
Он размахивал своим длинным 22-м калибром. «Я убью этим кого-нибудь на расстоянии тридцати ярдов, а может, и больше».
— Однажды ты сказал, что убил кого-то. Было ли это связано с этим? — спросил я с любопытством.
— Да, в Южной Америке. Индейцы в джунглях не любят незваных гостей».
Больше он ничего не сказал, и я просто оставил все как есть. И он начал учить меня стрелять. Сначала он объяснил мне основы; как разобрать пистолет и как оно работает. Затем он показал мне, как стоять и, наконец, как держать пистолет.
«Я не буду тратить время на классическую стрелковую позицию», - сказал он.