Выбрать главу

Когда вошел Байерман, Хойкен подошел к нему и попросил сесть справа от него. Георг хотел, чтобы Байерман был рядом. Этот человек своим спокойствием и выдержкой благотворно влиял на Хойкена. Они стояли рядом во главе стола и тихо переговаривались, пока собирались сотрудники. Хойкен правильно делал, что держал остальных на расстоянии и создавал впечатление, что он и Байерман заняты важными и неотложными вопросами. При этом он внимательно наблюдал за тем, в какой последовательности собирается его команда. Петер Осткамп, молодой редактор немецкой литературы со свежим мальчишеским лицом, но старомодной прической, пришел первым. Затем вошли Юлия Хандвитт, редактор романской литературы, и Петра Зейбольд, редактор отдела искусства и фотографии. Следом пришел Герман Патт, редактор англо-американской литературы. Он держал в руке сигарету, в то время как Петра и Юлия прекратили курить перед тем, как войти. Заметив, что обе женщины внимательно смотрят на него, Герман послушно повернулся и направился к выходу, столкнувшись с Ханной Ротгербер, пресс-секретарем издательства, которую сопровождал руководитель отдела рекламы Норберт Волле, самый молодой из всех собравшихся. Постепенно все заняли свои места и сразу взялись за чашки. Началась обычная чайно-кофейная болтовня. Последним пришел Михаэль Дипгес, уполномоченный по сбыту. Хойкен увидел, что команда в сборе, и дал всем еще пять минут, чтобы успокоиться.

Он в двух словах рассказал Байерману о своем разговоре с Ханггартнером. Байерман был изумлен и даже не смог отпустить свою очередную шутку. Хойкен заметил, что в его глазах он сразу вырос. Георг почувствовал, что внушает уважение к себе. Второй раз за сегодняшнее утро он был польщен. Коротко и дружески сжав руку Байермана, он дал понять, что разговор окончен, затем пододвинул свое кресло ближе и занял место председателя. Когда Петер Осткамп почти одновременно с ним встал и закрыл дверь, все начали понемногу успокаиваться.

Хойкен поздоровался и открыл конференцию коротким рассказом о посещении клиники. Он не стал вдаваться в детали, дважды повторив успокаивающий оборот «состояние стабильное». Сотрудники слушали внимательно, однако Хойкен понял, что не нужно слишком долго развивать эту тему. Пока он говорил, в зале было необычно тихо, никто даже не пригубил кофе. Все сидели с отсутствующим видом, как будто ученики в школе, которые должны ловить каждое слово учителя. Георг постарался поскорее выпутаться из этого положения. Откинувшись на спинку кресла, он сделал паузу и слегка стукнул по столу рукой. Это означало, что пора переходить к повестке дня. Только Норберт Волле не умел, как другие, быстро переходить от подавленного состояния к веселому и оживленному.

Хойкен, вопреки всему, был в хорошем расположении духа. Он совершенно точно знал, чем оно вызвано. Тема конференции должна быть четко обозначена и детально рассмотрена. Речь шла о выпуске продукции весной будущего года. Предполагалось заслушать первые соображения по поводу предварительного просмотра программы, мнения о печати и рекламе. Каждый присутствующий здесь знал этот обычный порядок, но в начале собрания должна быть обнародована определенная идея, и эти слова звучали для всех как сигнал. Их маленькие нервные лошадки стояли на старте, а плети были зажаты под мышкой. Когда Хойкен приготовился открыть заседание, он подался вперед и, взглянув на Байермана, попросил его рассказать о проекте Ханггартнера.

Сообщение о новой рукописи Ханггартнера было предложено заслушать в первую очередь, потому что она станет самым прибыльным романом весны и все другие программы будут лучше продаваться благодаря этому изданию, а некоторые выпущены только потому, что появится этот роман. Конференция началась с представления романа Ханггартнера. Начало было сильным. Хойкен был доволен. Только при одном упоминании имени этого писателя все насторожились. Пять-шесть минут все присутствующие сидели молча, словно взяли маленький тайм-аут. Роман Ханггартнера было непросто предугадать и подсчитать прибыль от него, однако не было ничего скучнее, чем разбирать подробности его легко предсказуемого содержания.