Джон лишь улыбнулся, рукой погладив щеку девушки стремительно пошел вдоль деревьев, входя в здание академии. Карли лишь смотрела на землю, слова, сказанные учителем, глубоко засели в её голове. Он черт возьми был снова прав. Как можно так читать её? Неужели, она такая? Ведь сколько времени прошло с момента их расставания с Чейзом? Много. И с того дня в академии, все сломалось. Она сломалась. Но понять, как учитель, смог это разглядеть, она не знала.
Подкурив сигарету, девушка лишь выдохнула дым, смотря на воду в фонтане. Джон был прав. Хватит молчания, смеха, игры. Хватит масок. Пора принять ситуацию, смирится и отпустить. Да, она не идеальный человек, от части плохой. Она всех отталкивала, играла, грубила. Но её команда изменила её. Именно тогда, когда они соедирились, тогда она обрела родных людей. И хоть не всех можно назвать друзьями, но близкими и важными можно. Она начала верить им. Доверять ребятам, хоть едва, но открываться. И это важно. И сейчас, ей пора принять всё, себя и ситуацию. Время настало. Карли сжала губы, прикрыла глаза. Да, Джон снова прав.
Часть 63.
Карли стояла около двери, ведущую в зал. Ей совсем не хотелось заходить туда. Вся команда ждала её внутри. А Джон, что спокойно стоял рядом, облокотившись на стену, сложил свои руки на груди. Брюнетка краем глаза видела, как мужчина серьёзно смотрит на неё, не отрывая взгляда. И это раздражало.
— Хватит смотреть на меня, как на экспонат, — рыкнула Коверкс.
— А то что? — ехидно спросил мужчина.
Карли ничего не ответила, продолжая сверлить дырку в деревянной, увесистой двери. Ей не хотелось заходить в зал, видеть эти лица, ощущать взгляд учеников, которые не примут её, как директора. Где это было, чтобы в восемнадцать лет стали директором академии стражников? Вот именно — нигде. А её бросают в самый ад, человеческой зависти, злости и ненависти. Будто ей этого не хватает в жизни.
— Пошли, — спокойно сказал мужчина, отстраняясь от двери, но девушка, ничего не ответила и Джон, решил продолжить, — Тебе не стоит переживать.
— Они меня и так ненавидят. А теперь, одним поводом будет больше.
— Но твоя команда так же ненавидела тебя, но узнав по-лучше, изменила своё мнение. Они любят тебя и ты им нравишься.
— Я не старалась и это вышло само собой. И покажи я настоящую себя, снова начнут относиться так же.
— Почему ты скрываешь? — спросил Джон, но ответа так и не получил.
Девушка резко открыла дверь и спешно зашла в огромное помещение, игнорируя взгляды учеников. Карли быстро подошла к трибуне, подымаясь вверх и остановилась около Ральфа, что лишь холодно бросил на неё взгляд.
Медик смотрел в зал, наблюдая, как оставшиеся ученики, стали бурно что-то обсуждать и шептаться. Джон следом вошёл в зал и совсем спокойно двинулся к сцене, желая скорее это закончить.
Пока учитель начинал свою речь, Ральф, стоящий на сцене, всё же, решил спросить то, что его интересует:
— Что с тобой?
— Не понимаю, о чем ты, — ответила девушка, отвернувшись в другую сторону.
— Ты со вчерашнего дня другая. Отстраненная, грубая, молчаливая, — тихо шептал медик, глазами бегая по залу и совсем не слушая слов Артенкса.
— Что ты слышишь? — спросила девушка, всё же, обернувшись к медику.
— Ну, — Ральф задумался и вновь осмотрел зал, — Джон толкает ненужную никому речь.
— Парень в третьем ряду, слева второй, он говорит, что это не справедливо. Девушка в седьмом ряду с краю, рассказывает, что я убила Дорин. Они все ненавидят меня. Весь зал только это и обсуждает. Несправедливость совета, относительно назначения директора.