Он сделал меня беззаботной.
Сейчас я чувствую, что весь мир по колено, что меня преследует ощущение божьего благословения. Неудивительно, что эта штука так нравится моему отцу.
Я позволяю Дэру поднять меня, а затем падаю прямо в его объятия, потому что мои ноги отказываются двигаться.
– Приветик! – обращаюсь я к его груди.
К его потрясающей, чудесной, мужественной груди.
– Приветик, – отвечают мне его мускулы. – Пойдем, Калла.
Руки Дэра поднимают меня за подмышки, а затем внезапно я оказываюсь у него на руках, словно младенец, и он несет меня вверх по тропинке к дому.
– Я слишком тяжелая, – бормочу я, уткнувшись носом в его футболку.
– Нет, – отвечает мне его футболка.
Он ни разу не спотыкается и не оступается на своем пути, а просто держит меня крепко в своих объятиях, поднимаясь все выше и выше на гору. Его дыхание становится тяжелым и неровным, когда мы оказываемся на вершине.
Я открываю глаза и вижу три расплывчатые линии по краям нашего похоронного бюро: рваные стены и крышу, уходящую куда-то в пучину ночи. Они сливаются воедино, потом распадаются, а затем снова соединяются в единую фигуру. Я закрываю глаза, пытаясь остановить эти сменяющие друг друга картинки.
– Я не хочу туда, – удается мне, наконец, собрать отчетливый пазл из обрывков слов.
Дэр смотрит на меня сверху, и, могу поклясться, я вижу сочувствие в его глазах.
– Не надо меня жалеть, – бросаю я.
Он ничего не отвечает, просто несет меня к гостевому домику.
Он осторожно укладывает меня на свой диван и оставляет одну на некоторое время, после чего возвращается с большим стаканом воды и аспирином.
– Прими это, – говорит он мне мягко. – И воду из стакана надо выпить всю. Доверься мне. Утром ты скажешь мне «спасибо».
Я делаю все так, как он велел, и вытираю рот тыльной стороной ладони, прежде чем заставить его упасть на место рядом со мной.
– Как думаешь, куда уехал Финн? – спрашиваю я обеспокоенно, несмотря на то, что джин каким-то чудным образом парализовал мою тревожную мышцу.
Дэр смотрит на меня сверху вниз.
– С ним все будет в порядке. Тебе же грозит чудовищное похмелье завтра. Ты когда-нибудь пила раньше?
Я встряхиваю головой, и он вздыхает.
– Ну что ж, хочу поздравить тебя с фееричным началом. Джин – отличный выбор для боевого крещения.
– По-моему, я и так отлично несу свой крест, – пытаюсь сказать я.
Должно быть, на этот раз моя попытка увенчалась успехом, потому что глаза Дэра блестят.
– Тоже так думаю, – мягко соглашается он.
Я беру его руку в свою и прижимаю к своей груди, провожу ею по своему животу, направляя к бедрам – по тому маршруту, по которому он сам скользил своей ладонью некоторое время назад.
– Поцелуй меня, – прошу его я. – Мне нравилось, как ты меня целовал.
Он снова вздыхает.
– И мне тоже. Но ты слишком пьяна.
– Я же просто пьяная, – резко произношу я, – не мертвая!
Это мои чувства, которые имеют очень мало смысла, но я ни на чем не настаиваю. Просто беру лицо Дэра обеими руками и притягиваю его к себе, мои губы обрушиваются на его. Его рот пахнет мятой, а мой – джином. Получается некая ядерная смесь. Онемевшими пальцами и провожу по его щетинистому подбородку.
Он не отстраняется от меня в течение минуты, но затем он все-таки это делает.
– Ты пьяна, – снова говорит он.
– Точно, – я утыкаюсь в его шею, чувствую его плечи.
Я беру его руку и перекидываю через свою спину.
– Мне нравится быть здесь вместе с тобой, – говорю я ему. – Мне нравится твой запах. Твои поцелуи. Ты очень красивый.
Дэр смотрит на меня, в его глазах мелькает искорки изумления.
– Так значит, ты считаешь меня красивым?
– Не напрашивайся на комплимент, – бормочу я, – тебе это не нужно.
Он ухмыляется.
– Ты так считаешь?
– Я хочу, чтобы ты опять поцеловал меня, – заявляю я, принимая сидячее положение.
Ну, во всяком случае, мне так кажется.
– Я не могу, – мягко отвечает он, – ты пьяна.
– Да, я пьяна, – соглашаюсь я. – Разве мы это еще не выяснили?
Комната медленно вращается, но затем внезапно останавливается, и я решаю, что нужно брать дело в свои руки.
Я набрасываюсь на него, моя грудь сталкивается с его ребрами, и я целую его в губы.
Я буквально насилую его.
Целую его жадно, моя страсть к нему перекрывает все остальное. Его губы горячие, и поначалу он сопротивляется, а затем целует меня в ответ, его язык ныряет мне в рот. Неуклюже я пробегаю рукой по его груди, по бедрам и останавливаюсь там, где сконцентрировано его напряжение. Мои пальцы отчаянно скользят по его джинсам. У Дэра перехватывает дыхание, он вдыхает мой стон. А потом он отталкивает меня.