Дэр вздрагивает.
– Это не имеет никакого отношения ко мне. Просто… Я не хочу быть для тебя дополнительной нагрузкой. После всего, что случилось. Как ты не понимаешь, Калла?
Все, что случилось. Нагрузка. Мой брат, который пытался убить меня.
Неужели это никогда не закончится?
– Прости меня за все это, – говорю я тихо, внимательно глядя в его лицо. – Прости, что моя жизнь так безумна.
Он смотрит по сторонам, и по его телу пробегает дрожь.
– Ты могла умереть, Калла.
– Но я же выжила, – пытаюсь я защитить себя и брата. – Финн нуждается во мне. И я со всем справлюсь.
– Разве? – Бровь Дэра ползет вверх по его лбу.
Я смотрю в сторону.
– Его дневник лежит в моей спальне. Как только я выберусь отсюда, мне нужно будет дочитать его. Что-то подсказывает мне, что там я найду все ответы. Мне просто нужно дочитать его до конца.
Дэр смотрит на меня в упор, его смоляные глаза прожигают меня насквозь.
– Ты уверена?
Я киваю.
– Абсолютно. Я уже читала его небольшими отрывками, но пришло время положить этому конец. Ты не знаешь, когда меня выпишут?
Дэр встряхивает головой.
– Не знаю. Кажется, они говорили, что ты сможешь поехать домой утром, в зависимости от твоего самочувствия. Вчера ночью тебе было очень плохо.
– Конечно же, мне было плохо! – выпаливаю я. – Они собираются изолировать моего брата.
Дэр смотрит на меня с жалостью.
– Просто постарайся выполнять их рекомендации, и, я уверен, завтра ты сможешь поехать домой.
Я киваю, а он сжимает мою руку в своей.
– Что, если я решу поехать в Беркли раньше срока? – спрашиваю я, прежде чем провалюсь в сон.
Он поглаживает мои пальцы.
– Тогда я поеду с тобой.
– А если я захочу остаться здесь?
– Тогда я останусь здесь с тобой.
– Что бы ни случилось?
– Несмотря ни на что.
Это все, что мне нужно знать. Меня охватывает спокойствие, и я засыпаю. Наутро меня выписывают.
– Я хочу поехать с Дэром, – говорю я отцу.
Дэр пристально смотрит на меня, его глаза одновременно полны печали и покорности.
– Хорошо.
– И если Дэр снова захочет арендовать гостевой домик, я хочу, чтобы ты разрешил ему.
Он кивает.
– Что-нибудь еще? – его голос почему-то кажется мне хрупким.
– Да. Я люблю тебя. – Я обхватываю его руками за шею, потому что хоть он и вмешивался в те вещи, в которые не должен был, он делал это только потому, что любит меня.
Когда он отстраняется, его глаза влажные.
– Так поезжайте. Я тоже буду дома скоро.
– Я могу увидеться с Финном, прежде чем мы уедем?
Он смотрит на меня с сожалением.
– Боюсь, что нет.
Я киваю, чувствуя, как в моем горле образуется мерзкий комок.
– Ты привезешь его домой позже?
– Я постараюсь, – обещает он.
Пока мне достаточно услышать хотя бы это.
Дэр уводит меня прочь из больницы, к своему мотоциклу, протягивая мне шлем. Я обвиваю руки вокруг его пояса, и мы летим навстречу ветру.
Свобода никогда не была так прекрасна.
БУДЬ СВОБОДЕН. Сейчас я понимаю эту фразу гораздо лучше, чем когда-либо раньше.
Когда мы добираемся до дома, Дэр ненадолго останавливается.
– Я хочу быть с тобой, пока ты будешь читать дневник. Это нормально?
Он настойчив, но мил, когда вот так вот стоит на нижней ступеньке моего крыльца. Я уверена, что он считает меня невыносимо хрупкой, но мне ничего не остается, кроме как кивнуть.
– Да, все хорошо.
Он следует за мной в мою комнату, где усаживается за мой письменный стол, пока я сворачиваюсь клубочком на своей кровати.
– Просто представь, что меня здесь нет, – советует он мне.
Я встряхиваю головой, но на самом деле именно это я и делаю.
Я стараюсь не обращать никакого внимания на британского сердцееда, сидящего напротив меня, и полностью сконцентрироваться на спасении моего брата.
Чтобы это осуществить, я погружаюсь с головой в чтение его дневника. Мне осталось прочитать всего четверть. Я начинаю прорываться сквозь потоки букв и фраз, которые замысловато переплетаются между собой, варьируясь от адекватности к абсолютному безумию.
НЕ ОБРАЩАЙ НА НЕЕ ВНИМАНИЯ.
НЕ ОБРАЩАЙ ВНИМАНИЯ НИ НА ЧТО.
DEUS ADIUVA ME. ГОСПОДИ, ПОМОГИ МНЕ. МНЕ. МНЕ.
ГОСПОДИ, ПОМОГИ МНЕ.
NOCTE LIBER SUM.
НОЧЬЮ Я СВОБОДЕН.
Я ДОЛЖЕН СОХРАНИТЬ СВОЮ ТАЙНУ.
ДОЛЖЕН ДОЛЖЕН ДОЛЖЕН.
Этот бред занимает несколько страниц, он перемежается с другими фразами, картинками, словами. Но в какой-то момент я обнаруживаю особую страницу. Там я вижу изображение меня и Финна сидящими на вершине скал. Финн сбрасывает свой медальон с обрыва.