ЕЙ НУЖНО ЭТО СЕЙЧАС. НЕ Я НЕ Я НЕ Я.
ЗАЩИТИТЬ ЕЕ ОТ МЕНЯ. ЗАЩИТИТЬ ЕЕ ОТ МЕНЯ.
ЗАЩИТИТЬ ЕЕ ОТ МЕНЯ.
ЛЮБОВЬ СИЛЬНЕЕ, ЧЕМ СМЕРТЬ ЧЕМ СМЕРТЬ ЧЕМ СМЕРТЬ.
ЛЮБОВЬ СИЛЬНЕЕ, ЧЕМ СМЕРТЬ.
ЗАКОНЧИ ЭТО ЗАКОНЧИ ЭТО ЗАКОНЧИ ЭТО.
ПОЛОЖИ ЭТОМУ КОНЕЦ.
ПОЖАЛУЙСТА, ГОСПОДИ.
ПОЖАЛУЙСТА.
– Защитить ее от меня, – шепчу я, ощущая, как пульсирует ледяная вода по моим венам, – Финн знал, что он намеревался сделать что-то со мной. Он боялся этого. Поэтому он хотел передать мне свой медальон с образом святого Михаила, чтобы защитить меня. Но я каждый раз возвращала его ему обратно.
Мне хочется спрятаться в скорлупу, мой мир рушится, когда я пристально смотрю на Дэра.
– Он знал, что хочет навредить мне. Но ничего не смог с этим поделать.
В глазах Дэра зарождается буря.
– Поэтому он решил накормить тебя орехами, чтобы защитить тебя?
Я киваю, осознание пронзает мне сердце.
– Он бы ни за что не навредил мне. Он хотел помочь.
– Так тебе удалось разгадать его секрет? – торжественным голосом спрашивает Дэр.
Я лишь мотаю головой.
– Нет. Он только постоянно упоминает его. Он говорит, что должен сохранить свой секрет. Но он все равно не раскрывает детали.
Дэр открывает рот, чтобы ответить, но его заглушает голос Финна, звучащий, как гром среди ясного неба, из дверного проема.
– Что ты делаешь с моим дневником? – настойчиво спрашивает он, его светлая кожа и голубые глаза кажутся еще бледнее, чем обычно, а его лицо выражает крайнюю степень ярости, – Ты говорила, что не знаешь, где мой дневник, Калла. Значит, все это время он был у тебя? Ты просто прятала его здесь?
Я впадаю в ступор, отчаянно пытаясь сформулировать ответ, но он не позволяет мне сделать это.
– Это дерьмо, Калла! – набрасывается он на меня. – Я убивался чувством вины, желая спасти тебя, а ты все это время лгала мне у меня же за спиной!
Он стоит на месте, его ярость настолько сильна, что он сотрясается всем телом.
– Ты хочешь узнать мой секрет? – спрашивает он холодным, как лед, голосом, на что я испуганно киваю. – Так пойди и найди его сама!
Он поворачивается вокруг своей оси, словно вихрь, и вылетает пулей из комнаты, вниз по лестнице, во двор. Около секунды я сижу в полном замешательстве, а затем я вскакиваю на ноги. Я слышу, как бежит следом за мной Дэр, пока я пытаюсь догнать своего брата.
40
Quadraginta
Я перелетаю через ступеньки, перескакивая прямо на тропу, моя сестра бежит за мной. Я не останавливаюсь ни на мгновение, пока не достигаю скал, потому что, знает бог, мне нужно положить этому конец. Я больше так не могу. Я больше не могу скрывать это. Она должна узнать Она должна узнать Она должна узнать.
Я больше не могу носить это в себе.
Ей нужно обо всем узнать.
– Финн! – зовет меня Калла.
Я медленно оборачиваюсь, и у меня сводит живот от выражения ее лица. В нем столько боли! И только я являюсь ее причиной.
Это я.
Это я.
Это я.
– Я не хотел навредить тебе, Калла, – тихо произношу я, каждое слово доставляет мне страдание. – Просто я не могу так больше. Голоса… Они заглушают мой собственный. Они заставляют меня делать разные вещи, и я не могу их отключить. Я не хочу навредить тебе снова. И я не хочу делать больно самому себе. Ты – часть меня, а я – часть тебя, и мы не должны приносить страдания друг другу.
Калла замирает на месте, ее рука застыла в воздухе, потому что она слышит отчаяние, которое бушует внутри меня.
– Моя тайна убивает меня, Калла, – говорю я ей.
Я слышу, как подавленно звучит мой голос, в нем вся моя слабость, все мои скрытые и самые ужасные чувства.
– Я больше не вынесу этого. Это нечестно ни по отношению к тебе, ни по отношению ко мне.
– Что это за тайна, Финн? – спрашивает она осторожно, боясь спугнуть меня. – Отойди от края и расскажи мне все.
Из меня вырывается истерический хохот обезумевшей гиены.
Я теряю рассудок теряю рассудок теряю рассудок.
Я выжил из ума.
– Тебе не надоело болтать со мной у обрыва, – настойчиво спрашиваю я, – нет? Тебе не надоело балансировать на самом краю? Мы же постоянно болтаемся на грани. А я знаю это. Это не жизнь, Калла. Это какое-то выживание. Любовь сильнее смерти, Калла. Но это не жизнь.
Она дышит пронзительно громко, Дэр догоняет Каллу, но вовремя считывает ее знак и остается за ее спиной.
– Это и есть жизнь, – говорит она, – это и есть жизнь, потому что я люблю тебя. Я сделаю все ради тебя. Ты – часть меня, а я – часть тебя, так и должно быть. Пожалуйста, господи, пожалуйста… Не делай этого, Финн! Не делай!