Я позволяю Деэру поднять меня, а затем стремительно падаю на него, когда ноги отказываются слушаться.
— Привет, — говорю я ему в грудь. Его изумительную, потрясающую, сексуальную грудь.
— Привет, — говорит та в ответ. — Пойдём, Кэл.
Ладони Деэра подтягивают меня за подмышки, а затем неожиданно я оказываюсь у него на руках, прижатой к его груди, словно ребёнок, пока он шагает к тропинке.
— Я слишком тяжёлая, — бормочу я в его рубашку.
— Нет, — отзывается его рубашка.
Деэр не оступается, не спотыкается, он просто крепче сжимает меня и поднимается. И у него даже не сбилось дыхание, хотя мы уже почти добрались до вершины.
Я открываю глаза и вижу над собой три размытых очертания похоронного дома, зубчатые края крыши которого вонзаются в ночь. Картинка сливается вместе, затем снова расходится, а потом снова сливается. Я закрываю глаза при виде этого зрелища.
— Я не хочу туда, — умудряюсь я чётко произнести.
Деэр смотрит на меня, и, клянусь, я вижу в его глазах сочувствие.
— Не надо меня жалеть, — вспыхиваю я.
Он не отвечает. И уносит меня по тропинке к гостевому домику.
Деэр бережно опускает меня на диван и оставляет на мгновение одну, а потом возвращается с большим стаканом воды и аспирином.
— Прими это, — твёрдо наставляет он. — А затем выпей всю воду. Поверь мне, утром ты будешь мне благодарна.
Я делаю, как он говорит, а потом вытираю рот тыльной стороной ладони, прежде чем притянуть его к себе на диван.
— Как думаешь, куда отправился Финн? — с беспокойством спрашиваю я, хотя джин парализовал большую часть мышц, отвечающих за волнение. Деэр пристально смотрит на меня.
— С ним всё будет в порядке. А вот тебя завтра ожидает сильное похмелье. Ты вообще что-нибудь пила раньше?
Я качаю головой, и он вздыхает.
— Ну, ты определённо решила начать стремительно. Джин очень крепкий, что аж волосы на груди встают.
— Мне нравится моя грудь такой, какая она есть, — пытаюсь выговорить я. И мне, должно быть, удаётся, поскольку глаза Деэра поблёскивают.
— Мне тоже, — мягко признаётся он. Я хватаю его за руку и тяну к себе, скользя ею вдоль моего бока, где он смыкает пальцы.
— Поцелуешь меня? — спрашиваю я. — Мне понравилось, когда ты меня целовал.
Он снова вздыхает.
— И мне тоже. Но ты пьяна.
— Я пьяна, — резко отвечаю я, — а не мертва.
Это заявление имеет очень мало смысла, но я не оставляю себе времени для сомнений. Обхватываю лицо Деэра и притягиваю его к своему, мои губы страстно припадают к его губам. На вкус он как мята, а у меня во рту привкус джина. Опьяняющее сочетание, и я онемевшими пальцами поглаживаю его щетинистый подбородок.
С минуту он ничего не предпринимает, но затем наконец отстраняется.
— Ты пьяна, — повторяет он.
— Верно. — Я льну к нему, уткнувшись лицом в его плечо.
Я беру его руку и кладу себе на поясницу.
— Мне нравится быть здесь с тобой, — говорю я. — Мне нравится, как ты пахнешь. Нравится, как ты целуешься. И мне нравится, что ты такой красивый.
Деэр смотрит на меня, в его глазах мерцает веселье.
— Так значит, я красивый?
— Не напрашивайся на комплименты, — бормочу я. — Ты в них не нуждаешься.
Он ухмыляется.
— Неужели?
— Я хочу, чтобы ты снова меня поцеловал, — заявляю я, выпрямляясь. Или мне только так кажется.
— Не могу, — твёрдо отвечает он. — Ты пьяна.
— Да, — соглашаюсь я. — Разве мы не выяснили это раньше?
Комната слегка вращается, но затем приходит в норму, и я решаю взять дело в свои руки. Я бросаюсь на него, моя грудь ударяется о его грудь, когда я целую его.
В сущности, я поглощаю его.
Я страстно целую Деэра, моя потребность в нём подавляет всё остальное. Его рот горячий, и сначала он колеблется, а затем целует в ответ, его язык погружается в мой рот. Неуклюже я провожу руками по его груди к бёдрам и останавливаюсь там, где его твёрдая выпуклость прижимается ко мне. Мои пальцы касаются этого места, и Деэр втягивает воздух, ловя ртом мой вздох. А потом он резко отстраняется.
— Господи, Калла, — прерывисто дыша, выдавливает Деэр хриплым голосом. Он удерживает меня на расстоянии, когда я пытаюсь придвинуться ближе. — Серьёзно. Я окуну тебя в ледяную воду.
Я застываю, внезапно испугавшись чего-то.
— Ты не хочешь меня, да?
Деэр возводит глаза к потолку, очевидно, изо всех сил стараясь быть терпеливым.
Подняв мою руку, Деэр кладёт её прямо на свои колени, где прижимает к промежности джинсов — пульсирующей и твёрдой.