Он задрал голову и потер шею.
Я и сама не знаю, зачем заставила его отрастить бороду и вихры на голове. Но отступать была не намерена. К моему удивлению, папашка мой неожиданную смену костиного имиджа поддержал, сказав, что готовит для нас новое задание. Какое, пока не сообщал, но дал денег из бюджета конторы и велел купить два байка. Теперь мы с моим напарником и по совместительству любовником часто устраивали романтические выезды за город, когда на одном байке, когда на двух.
Я тоже сменила имидж: постриглась коротко, выкрасила «рваные» концы волос в пепельный цвет. Костя, увидев новую меня, натурально взвыл и сделал жест «рукалицо». Но потом попривык и даже заявил, что мне так действительно лучше. Теперь мы с ним походили на парочку байкеров: черные кожанки, черные джинсы, высокие ботинки на толстой подошве. Мне нравилось: удобно, без заморочек, без лишнего внимания к моей скромной персоне со стороны мужчин.
Костя же, напротив, оказался в эпицентре офисных подковерных интриг и сплетен. Если раньше в своем излюбленном раздолбайском прикиде (футболки оверсайз, гавайки и бесформенные джемперы поверх рваных джинсов) он не вызывал в нашем маленьком офисе почти никаких реакций, кроме легкого раздражения со стороны коллег обоего пола, то сейчас все немногочисленное женское население конторы тихонько, но дружно вздыхало вслух при появлении рослого, широкоплечего брутального красавца в обтягивающей торс майке, узких черных джинсах и кожанке с подтянутыми к локтям рукавами, обнажающими мускулистые предплечья и красивые, словно у статуй греческих богов, точеные руки, одна из которых была обвита до самого запястья изящной тонкой татушкой в виде змейки. Временной. Еще одна моя победа в очередном споре.
Перед нашим первым появлением в офисе после отпуска, в который нас выгнал генерал, и который, надо сказать, был жизненно необходим, особенно Косте, мы с ним заключили пари, что его новый имидж произведет настоящий фурор в офисе, где штабные крыски, не занятые работой «в поле», начали утрачивать, по моему мнению, вкус к жизни, и их необходимо было морально встряхнуть. Встряхнули, ничего не скажешь.
Меня с моим новым мрачным прикидом задвинули в сторону и начали откровенно строить Косте глазки: приносить кофе, который он терпеть не мог, но пил, стараясь не морщиться, флиртовали с ним напропалую, дефилируя с расстегнутыми на грани приличия пуговками в районе декольте; буквально толпились в приемной генерала возле стола секретаря, ожидая нашего с Костей выхода от начальства и превращая каждое наше появление в конторе в шоу, которому босс, однажды выйдя из себя и гаркнув, чтобы расходились по рабочим местам, дал меткое название «выставка гадюк». Глядя на то, как скрипит зубами папочка, и как, шипя, расползаются по рабочим местам участницы шоу, я закусила губу, чтобы не фыркнуть, но осеклась под грозным взглядом генерала, который, прекрасно понимая, кто является зачинщиком творящегося в его ведомстве безобразия, не мог, однако, напрямую запретить мне развлекаться.
Костя, признавая свое поражение в пари и выбирая вместе со мной изображение змейки, скрипел зубами и наотрез отказывался делать постоянную татуху. Я не настаивала. Потом он все же признал, что это необходимый штрих, без которого образ казался незавершенным.
Но сейчас, глядя на себя в зеркало и в отчаянии терзая своей несчастный и уже достаточно отросший, по его мнению, хаер, он скулил, как побитый пес, вертелся перед зеркалом и пытался при помощи мокрых ладоней прилизать торчащие во все стороны вихры.
— Вот хвостик отрастишь, тогда разрешу побрить виски, — невозмутимо заявила я, убирая за спину машинку и бритву, до которых попытался дотянуться изрядно озверевший Константин.
— Хвостик? — зарычал он, запуская обе свои загребущие лапы мне за спину и пытаясь с обеих сторон нащупать и вырвать из моих цепких пальцев то, что ему удалось не глядя зацепить за шнур, — с ума сошла?
— Да, — кокетливо подтвердила я, извиваясь в кольце его рук и не позволяя ему разжать мои кулаки, — у меня и справка есть. От Бринцевича. Освобожу тебя от данного слова только когда ты вернешь мне должок по спасению жизни.