Очнулся я от неприятной сырости между ног. Противное ощущение не давало мне опять погрузиться во тьму беспамятства. Наконец, я открыл глаза. Оказалось, я, порвав все веревки, отполз к дивану, где и лежал сейчас с обоссаными штанами. Видимо, пока я был без сознания, мой мочевой пузырь непроизвольно опорожнился. Хорошо хоть не сработали другие рефлексы, а то валялся бы сейчас с полными штанами собственных фекалий и ртом, полным не переработанной до конца пищи. Поднявшись на ноги и восстановив панораму зрения, я первым делом направился в ванную. Как следует помывшись и надев свежую одежду, я обследовал свое тело на предмет каких-либо видимых изменений. К счастью, процесс адаптации прошел успешно, никаких отрицательных признаков изменения организма я на первый взгляд не обнаружил. Так что сейчас самое время продолжить мое незаконченное обучение. До начала рабочего дня оставалось каких-то пару часов. Успев за это время прочитать еще пару книг, я наведался на кухню чего-нибудь пожевать, а заодно накормить мою невольную подругу Олю. Как оказалось, я сделал это не зря…
Она сидела, прислонившись спиной к холодильнику, и держала в руках столовый нож, готовясь перерезать себе вены. Правда, если бы даже она смогла это сделать, то я без проблем смог бы остановить кровотечение. Несколько прочитанных книг по анатомии и хирургии хранились в моей памяти. Тем более большинство начинающих самоубийц режут вены неправильно, по горизонтали, а залепить пластырем пару небольших разрезов обычно не составляет труда. Правда, свою роль тут играет паника, но все же шанс всегда есть. Поэтому я стоял и смотрел на нее, ожидая, как же она поступит. Вопреки моим опасениям, она, подняв голову, прожгла меня взглядом, полным боли и непонимания. Вот тут меня и пробило, что-то внутри загорелось и закричало: «Спаси ее! Она — твой свет!». Я не понял этих слов, но тело мое действовало быстрее разума. И, наклонившись, я выхватил из ее рук нож, одновременно крепко обняв ее.