Когда я приземлился на поляну, то увидел, что меня, помимо девчушки, ждали десяток поросят и две упитанных коровки. Ммм… вкуснятина! Это вам не человечину жрать пресную. И пока молодые обнимались там, целовались, я устроил себе маленький пир. О, как приятно сытым себя чувствовать, даже лететь никуда не хочется. Но придется, уговор есть уговор и, посадив себе за гребень эту любовную парочку, я, набирая скорость, двинулся в сторону моря, где был один такой островочек, где росли всякие фрукты и бегали маленькие козочки, приятные такие, особенно на вкус. Ну, так вот, высадив их на берегу, я уж хотел по-английски улететь, но девушка остановила меня и, схватив за шею, нежно поцеловала в левую губу.
— Спасибо! — пролепетала она, размазывая слезы. Затем ко мне подошел парень и крепко пожал мне коготь на лапе. Потом, повернувшись, пошел успокаивать девчушку, а я стоял и не знал, что ответить на такое выражение чувств. Хотя, знаю! Надо бы им огня подарить, а то будут есть все сырое и, выбрав дерево посуше, дохнул на него. Ярко вспыхнув, пламя мигом обхватило весь ствол. А парень, словно поняв мой подарок, взмахнул рукой и, подмигнув, пошел собирать хворост для костра. А я с легкой душой и полным сердцем полетел домой, в холодную пещеру и пустую постель. Видно, такая у нас, драконов, судьба — всегда быть в одиночестве…
Ее имя — Смерть
Я долго думал, как ее убить. Сначала мне виделся удар ножом. Потом, когда она в ванне, туда случайно падает включенный фен. Но все эти идеи были откровенно киношные, и мне снова начинало казаться, что все это сон и нужно только ущипнуть себя — и я проснусь. Ну вот, опять скатился до глупого философствования. Надо просто ее убить, а не создавать театральные сценки у себя в мозгу, мне не нужны ее крики: «За что?» и удивленно-вопрошающий предсмертный взгляд. Мне нужен просто ее труп и точка. Итак, можно сразу отбросить все виды насильственной смерти, так как любой мало-мальский нормальный следователь мигом выведет меня на чистую воду. Я не Мата Хари, и изображать оскорбленную невинность под ударами дубинки вряд ли смогу. Так что остается несчастный случай, главное, чтобы все выглядело натурально. Можно, чтобы ее сбила машина, но где найти идиота, согласившегося даже за деньги сесть в тюрьму. Так что этот вариант пока отпадает. Случайное падение с последнего этажа — тоже сложно выполняемая вещь. Есть, конечно, возможность изобразить обрыв лифтового троса, но здесь все может быть и не смертельно, хотя вдогонку можно бросить пару кубометров случайно обвалившегося бетона, но здесь также все зависит от случайностей. Кто-то может вызвать спасателей, скорая приедет вовремя и тому подобное. А мне нужна стопроцентная гарантия смерти этой твари, которая, по недоразумению, была моей единственной любовью последние два года. Ну что ж, время пока есть. До летней сессии еще два месяца, можно еще что-нибудь придумать.
После пар я решил зайти на факультет к медикам, вдруг среди распотрошенных человеческих тел ко мне придет озарение. Побродив немного между заспиртованными уродцами, я вдруг понял, что решение должно быть в самой проблеме. Итак, мне надо: а) превратить живое тело в мертвое; б) сделать это так, чтобы никто не подумал на меня.
Немного поразмыслив над такой странной задачей, я решил посоветоваться с одним моим знакомым. Его звали Мертвец и, судя по его прозвищу, можно было догадаться о роде его занятий. Нет, что вы, он совсем не некрофил, просто общество мертвых ему приятней, чем живых. Ну, а так как он появлялся дома только с наступлением темноты, у меня было еще время перекусить, и я решил зайти в пиццерию, расположенную по соседству. Выбрав столик в самом дальнем углу, я, поедая отвратительного вида пиццу, предался приятным мыслям о том, как прекрасно было бы, если бы я мог просто ее задушить или утопить, смотреть, как она пытается вырваться из моих рук, трепыхается. Волосы невесомым облаком расплылись вокруг лица, и мелкие пузырьки пробегают по бледнеющим щекам, стремясь вырваться на поверхность.