3.3
Флаер заработал от прикосновения её руки. Наоми отказалась от такой интеллектуальной системы, как Сэм, в машине, постоянная болтовня которого её изматывала. Она любила свою машину и предпочитала без остатка отдаваться езде под любимые мелодии стай-трека.
— Наш маршрут? — Поинтересовался навигатор, когда удобно сев, Наоми откинулась на спинку сиденья.
— Нижний город.
Устройство само выберет наиболее быстрый маршрут до контрольно-пропускных пунктов на сегодняшний вечер без лишних светофоров и перекрёстков. Сигнал вызова с пункта пятого уровня был послан тут же.
— Система слушает, — пришёл мгновенный ответ.
— Прошу предоставить открытую полосу! Срочная служба диггеров – вызов 358, код пропуска 398165.
— Полоса открыта. На третьем уровне пройдёте дополнительный контроль в связи с комендантским часом. Доброго пути!
— Спасибо.
Блокирующее устройство с мягким щелчком отпустило бампер, ворота открылись, и флаер вылетел из ангара, мгновенно попадая в плотный дорожный поток, который десятками ярусов уходил далеко вниз и вверх, разграниченный яркими полосами световых огней – границами каждого уровня.
.
Вечерний Пятый город, сияя миллионной иллюминацией, принял Наоми в свои объятия.
Все как всегда куда-то спешили: на работу, с работы, по делам, отдыхать. Город кипел жизнью, и этот поток нимало не уменьшался ни днём, ни ночью. Повсюду горели яркие неоновые рекламы, предлагавшие к услугам всё, что душе угодно: от мыла, способного покрыть вас умопомрачительным загаром, до разнообразных интимных услуг в секс-холлах. Всевозможные рестораны, кафе и бары зазывали в свои недра, обещая что-то немыслимое в придачу к принимаемой пище.
Наоми никогда не нравились эти новомодные заведения. Куда приятнее посидеть с друзьями в баре у Барнаби за кружкой пива или стаканчиком чего-нибудь покрепче. Это напоминало ей родной Нижний город – никаких лишних и ненужных условностей и церемоний, всё просто и ясно.
— Включи что-нибудь послушать, — попросила она, когда машина затормозила на первом перекрестке.
По салону разлилась мелодия последнего хита Ангела «Глаза». Его песни Наоми любила больше всего. Причудливое сочетание давно забытого живого исполнения и компьютерной музыки. Голос у Ангела был что надо! Интересно было бы посмотреть, что он собой представляет, но его никто никогда не видел: он не снимался в клипах, не участвовал в концертах. Каждый представлял его таким, каким хотел.
Трогаясь с места, она стала тихо подпевать: «…посмотри, и ты увидишь… себя в его глазах…о-у-о...».
Глянув на монитор с обозначенным на нём маршрутом, Наоми поинтересовалась:
— Почему не через 113-ую трассу? Там нет постов и светофоров.
— Сегодня там полно полицейских. Попытка пересечь границу уровней через световой барьер – шесть машин и тринадцать погибших от взрыва.
— Водитель, наверное, был сумасшедший!
Наоми подумала о невинных людях, расставшихся с жизнями по вине какого-то идиота. Световую границу уровней пересечь невозможно – неизбежно взорвёшься на опоясывающих её лазерах, представляющих собой сияющую и днём и ночью смертельную сеть.
— На 97-ой пробка. Предлагаю 188-ую.
— Я итак уже опаздываю, а это отнимет лишние пятнадцать минут, если я не потороплюсь, — подвела итог Наоми, беря управление в свои руки и набирая скорость.
— У вас на правах осталось пятнадцать баллов! — предупредил компьютер.
— Лучше включи сигнал и предупреждай обо всех постах по пути!
Вот это Наоми и любила – быстрая езда без правил. Она, легко лавируя, обгоняла другие машины с удивленными лицами их пассажиров: зачем так быстро ехать? Ведь всё просчитано компьютерами и тебя доставят куда надо вовремя тихо и спокойно. Эту просчитанность верхних городов Наоми терпеть не могла.
За квартал до пропускных пунктов она сбавила скорость, ни разу не зафиксированная полицейскими радарами. Как и у всех машин у её тоже был ограничитель скорости, который передавал сигналы на ближайший пост дорожной службы. Но хитроумный Крис постарался и здесь – ввёл в компьютерную систему её флаера вирус, отключивший его. К тому же на неограниченных скоростях Наоми летала только в Нижнем городе, убегая от таможенников.