— Вот гадость! — поморщившись, он швырнул недопитый стакан на стойку.
— С вас 30 бит! — невинно протянул Кай.
Тим достал пластиковую карточку и опустил её на несколько секунд в щель протянутого барменом кассового аппарата, набрав код.
— Вот зануда! Даже на чаевые не дал! — усмехнулся Кай, когда дверь за посетителем закрылась.
— Кто зануда, так это ты! — наклонившись, Нила дыхнула на стойку. — Только что этот дурик заплатил двойную цену за самый паршивый коктейль в твоей забегаловке!
Вырисовывая пальцем на затуманенной поверхности стойки сердечко, она посмотрела на Кая:
— Так как завтра с моим выходным?
1.2
— Что-то мне плоховато… — Тим, икнув, бросил взгляд на Наоми. За стеклом шлема его лицо и впрямь выглядело жалко.
— Да, пожалуй, тебе хреново! Так что же ты всё-таки пил? И ты уверен, что это можно было пить вместе с пилюлями?
Тим страдальчески протянул:
— Сейчас я ни в чем не уверен… Но что мне оставалось делать? Проходить потом курс лечения заново?.. Я и так бьюсь уже вторую неделю. И почему эти пилюли нужно обязательно запивать?
— Лезь первым, — Наоми подтолкнула его к лестнице. Наверху было темно и люка не видно. — И крепче держись! Захочешь блевать – предупреди!
— Ничего себе, утешила…
— Если ты сейчас не вылезешь отсюда, помочь тебе здесь я ничем не смогу!
Наоми показалось, что он карабкался целую вечность. А они и без того слишком долго проторчали в этом сливном бачке. Когда его наверху всё-таки вырвало, сидя на корточках и вытираясь её платком, он тоскливо спросил:
— Неужели она не успела подействовать?
— Можешь завернуть всё это в платочек – съешь за ужином, — опечатывая люк и переводя электронный замок на новый код, Наоми услышала его новые спазмы и улыбнулась: — Обычное отравление. Зато в следующий раз не забудешь взять с собой фляжку!
Поднявшись с колен, она отряхнулась и, сняв шлем, повертела отёкшей шеей.
— Я же не думал, что мы вместо положенного часа проторчим здесь три, — облегчённо вздохнув, Тим откинулся на стену бетонного забора, окружавшего почти весь участок.
— В нашей работе никогда ничего нельзя планировать!.. А эти черти опять разбили фонарь! — Наоми, задрав голову, посмотрела на тёмный столб. — Говоришь, был в «Кайфе»? Нужно будет спросить у этого лысого скряги Кая, что он тебе намешал.
— Так ты его знаешь?
— Ты лучше спроси, кого я здесь не знаю… Ну ладно, вставай, вот и капсула.
Тим еле-еле поднялся с асфальта, жмурясь от непривычно яркого света фар.
— Чёрт, а ведь 30 бит содрал, гад!
Наоми рассмеялась, поднимая с земли обе сумки с инструментами и протягивая Тиму его:
— Это за то, что ты, зайдя, спросил воды. Здесь этого не любят!
Небольшая грузопассажирская капсула со знаками службы диггеров на обшивке зависла низко в воздухе метрах в двадцати, освещая их светом фар.
Наоми в который раз подумала о том, что нового средства передвижения для своей группы она вряд ли дождётся в ближайшее время. Только бы эта потрёпанная колымага не развалилась под ними после очередного взлёта.
Боковая дверь капсулы со скрежетом отъехала в сторону, и из кабины донеслись звуки любимой музыки их рулевого. Она старалась идти не спеша, поглядывая краем глаза за Тимом, чтобы помочь ему, если что. Два их подразделения закончили свою работу около часа назад, когда она последний раз выходила с ними на связь. Они бы тоже справились раньше, если бы не Тим.
«Мальчишка!» — как всегда хмыкнула Наоми про себя. А ведь ему уже девятнадцать – всего-то на семь лет её моложе. Вот, когда ей было девятнадцать, она… Да мало ли что делала она! Тим был просто хорошим парнем.
— Затаскивайте свои задницы внутрь и поскорее! — их рулевой Стас широко улыбнулся, наблюдая, как они плетутся, сгибаясь от усталости.
Закинув сумку с инструментами в капсулу, Наоми, ухватившись за поручень, запрыгнула следом, потом, обернувшись, приняла сумку Тима и помогла залезть ему.
— Когда мы выкинем эту консервную банку на помойку? – опускаясь в одно из потёртых кресел, она облегченно вздохнула.