Её взгляд скользнул вниз по его груди… Она могла поклясться, что воочию видела кровавые раны!
Бари поймал и стиснул её ладони, заставляя снова посмотреть ему в глаза:
— Да что с тобою творится, Номи? Ты кричала!
— Кричала?.. — Очнулась она, постепенно осознавая, что только что, кажется, стала жертвой временного помутнения рассудка.
Что за страшные штуки подкидывает её воспалённое сознание? И какое же счастье и невероятное облегчение, что все эти образы оказались нереальны!
Допрыгалась… Её уже глючит!
Усталость, вечное напряжение, стресс последних дней и, скорее всего, аммиачные пары здешней зоны. Сегодня же она попросит у Гарика пару дополнительных отгулов! Или недельный отпуск. Да, правильно – отпуск! Она уже три года не была в отпуске!
Вспомнив о Гарике, Наоми проверила линии, облегчённо выдохнув: если она и кричала, то её никто кроме Бари не слышал.
Бари, чёрт! Нужно было попытаться как-то объяснить ему своё состояние!
— Номи?! — Он смотрел встревоженно и строго одновременно.
— Прости! Испугалась, думала, теряю сознание. Упадок сил – я действительно невероятно устала. Целые сутки ни крошки во рту…
Она говорила чистейшую правду. А то, что не полную, так это для его же спокойствия. Похоже, по ней не дополнительная проверка пси-контура плакала, а дурка. Была она свидетелем пары таких случаев выгорания у них на станции. Лучше сразу сдохнуть, чем то, что с теми парнями стало!
— Ты поступаешь очень безответственно и вынуждаешь меня отправить тебя обратно в капсулу и доложить обо всём Гарику, если сейчас же не сделаешь этого сама!
Бари говорил жёстко, но она понимала, что вся его суровость продиктована прежде всего беспокойством и заботой о ней самой.
— Да, да… ты совершенно прав! Обещаю, я возьму отгулы, отпуск… Только давай закончим здесь поскорее. Мы даже не попрёмся по нашему обычному маршруту, покажем мальчику первый резервуар и сворачиваемся домой!
Она смотрела умоляюще.
— Я давно хотел промыть мозги Стиву! Он скоро совсем угробит тебя своей работёнкой!
О, нет! Только не разговор со Стивом! Он итак уже на грани, а если Бари предъявит ему претензии в её использовании, вконец слетит с катушек, и сделает то, что давно обещал – отстранит её от всех заданий. Откуда Бари знать, что это она сама не может жить без этой теневой стороны своей жизни, каждый раз уговаривая и убеждая, что справится лучше всех. А Стив, он только и ждёт удобного случая, чтобы окончательно запретить ей заниматься контрабандой и оградить от любых проблем с законом.
— Тупое стечение обстоятельств! Обещаю, больше такого не повторится! Ну, Бари-и… теперь ты сам начнёшь следить за порядком в моей жизни!
Ещё никому не удавалось устоять, если она врубала своё обаяние на полную мощь.
8.2
Она думала напугать новенького? Что ж, похоже, после сегодняшней смены хороший психиатр, а не тот шизофреник, что числился в их штате, скорее всего, понадобится ей самой.
Как бы Наоми себя не успокаивала, она не могла не понимать, что с нею творилось что-то неладное, и галлюцинации только сильнее подпитали мучившее её до этого тревожное состояние. А если подумать, скорее всего, и вызваны были этим самым состоянием.
Как сейчас изгнать поселившийся в ней страх она не понимала. Ребята обратно не повернут. Что она им скажет? Глюкоза в крови упала, и ей тут в полуобмороке полнейший бред привиделся? И, вообще, извините, но она что-то там чувствует? Хорошо если на ПМС спишут и ждать в капсулу отправят, как уже Бари и попытался сделать. И оставить их здесь одних? Никогда!
К резервуарам вели узкие тоннели, сплошь покрытые губкой, плесенью и слизью, в которых, проваливаясь, они увязали порой по самое колено, несмотря на попытку службы привести это место в относительный порядок с помощью пиралевых настилов и таких же, местами закрывавших стены, панелей. Но плесень и слизь сдержать ничто не могло – они словно гнойные нарывы пробивались отовсюду. Называется – сравните с северной зоной. Чёрт её знает, откуда слизь бралась в таком объёме и количестве, но точно не успевала перерабатываться здешним чахлым видом губки.