Участники футбольного клуба тут же рассеялись. На минуту поле будто замерло. Напряжение смешалось с обжигающим воздухом и вот-вот должен прозвучать свисток, который нарушит эту тишину. Но он так и не случился.
Равен распрямился и стремительным шагом направился к широкой каменной лестнице, соединяющей школьный парк и поле со спортивной площадкой. По крутым ступеням, чуть бочком спускалась Мейлин - белоснежная рубашка выправлена, брюки клеш с завышенной посадкой плавными складками струились от колен вплоть до пяток, аккуратные полуботинки проглядывали из-под бордовой ткани, блестели закругленными носами. Короткие волосы, как всегда гладко уложены, заостренными прядями обрамляли лицо.
... Что она здесь делает?...
- Мей! - Равен буквально-таки подлетел к девушке. - Какими судьбами?! Пришла посмотреть на нашу тренировку?
А она как всегда сияла. И Алан на минуту опешил, пристально наблюдая за каждым её движением.
- А ты как думал? - протянула парню бутылку апельсиновой газировки (настоящая редкость, в школу их поставляли не больше двадцати штук в месяц). - Принесла, как ты и просил!
Озноб прокатился по телу, когда Равен схватил Мей за запястье руки, в которой она держала бутылку. Ничем необъяснимое напряжение сковало тело, даже пальцы, слабо придерживающие документы, вдруг с силой сжались. А девушка смеялась. Невероятно звонко и задорно, улыбалась с непривычным кокетством в карих глазах. Она даже не обернулась в сторону Алана, мало того - не заметила его присутствия.
... Или просто не хотела подавать виду?...
- А я ведь, могу сыграть с вами? - склонила голову на бок и снова расплылась в улыбке.
- Так уж и быть, я рассмотрю твою кандидатуру.
- Но только учти, - её пальцы мимолетно коснулись его плечо. - Я ужа-а-асная неумеха...
Шаг.
Алан сам не заметил, как ринулся вперёд уверенным размашистым шагом.
-Мей! - она услышала, но не обернулась. - Мей! - громче, чётче, чуть ли не над самым её ухом.
- Ну что ещё! - ловко развернувшись на каблуках, она застыла, сильно нахмурив брови.
- Нам надо поговорить.
- Может, позже?
До тошноты мерзкий взгляд исподлобья. Не её взгляд.
- Нам надо поговорить. Сейчас.
А в ответ высокомерное цоканье, после которого Мейлин демонстративно закатила глаза. Лидер грубо схватил её за плечо и на силу потащил за собой. Она упиралась, нарочно спотыкалась, когда они поднимались вверх по лестнице, бормотала что-то недовольное и невнятное. Наконец, они очутились на узкой аллеи меж молоденьких сосен и низких кустарников. Алан разжал пальцы, наблюдая, как Мейлин торопливо отстранилась, одергивая рукав рубашки.
- Я и сама могла идти...
- Будь добра, объясни, что происходит?! - собственные руки налились жаром.
- Ничего не происходит. Разве, что-то не так? - совершенно незнакомые, измывательские интонации, с издевкой и надменностью. Она держала Алана за дурака и не скрывала этого.
- Ты избегаешь меня. Объяснись! - кровь пульсировала в висках, и под рёбрами нечто нарочито стучало, готовое вырваться.
- Ты так говоришь, будто я тебе что-то обязана! - теперь и она сорвалась на крик.
- Просто объясни, что не так! Тебя не было ни на одном собрании, в клубе о тебе тоже ничего не слышно, последние два дня тебя вообще, как след простыл!
Пульс участился, отдавая в ушах размытым грохотом, холод прокатился вверх по позвоночнику, уступая место всепоглощающей злость. Ярость. Непонимание. Ревность. Всё смешалось, и Алан больше не различал своих эмоций.
- Это не твоё дело!
Ледяная рука неожиданно и сильно ударила по щеке. Мей отшатнулась, еле держась на ногах, а в глазах дикий страх, как у загнанной в угол кошки. Алеющий след расползался по светлой коже, сорвалось и без того учащённое дыхание, руки сами собой сжались, так что ногти впились в гладкие ладони.
- Ты пожалеешь об этом!
2.Глава четырнадцатая, в которой наступает время раскаяния
-
- Если нас запрут здесь, это будет твоя вина! - Айзек топтался у двери в душевую, нервно озирался, то и дело выглядывал наружу.
Смеркалось. Прохладный вечерний воздух стремительно заполнял помещение через образовавшуюся щель, тонул в расплывающихся остатках пара, оседал на стенах мелкими каплями смеси воды и пены.
- Ты на часы смотрел? Какое запрут?! Начало седьмого, та ещё рань. - Алан распахнул двери вещевого шкафчика и с полок тут же посыпались склянки полупустых шампуней и ополаскивателей.
- У меня нет часов.
- Твоя проблема. Сам же их посеял.
Одна из баночек ударилась о нос ботинка и с гулким звоном откатилась куда-то в сторону раковин, затаилась в тени кафельных стен.
- Не то, опять не то... - всё сыпалось меж пальцев, сваливалось обратно на стеклянную полку. - Шампунь, шампунь, пробник... - в приглушенном свете надписи читались с трудом, и Алану приходилось щуриться, подносить этикетки ближе к глазам. - Ну, я же видел его тут! Ещё утром!
- Напомни, зачем мы здесь? - Айзек по-прежнему подпирал ногой входную дверь, облокотился на выпирающий угол стены. Малейшее дуновение ветра и парень сильнее сжимал скрещенные на груди руки, ежился, как нахохлившийся от мороза воробей и громко посапывал носом.
- Лак. Лак для волос, - лидер на секунду обернулся, прежде чем снова углубиться в поиски. - Мне нужно чёлку залить.
Ещё пять минут возни и Алан с тяжким вздохом захлопнул зеркальные дверцы, размеренным шагом подошёл в плотную к раковинам и уставился сквозь запотевшую прозрачную поверхность зеркала на собственное отражение. Изогнутые в напряжении брови, устало прикрытые карие глаза, бледная кожа, искажённая глубокими серыми тенями. Он срыву наклонился вперёд, так что между ним самим и тем, что покоилось внутри зеркала остались считанные миллиметры.
Хлюп... Хлюп...
... Кто-то не закрыл кран...
- Как думаешь, - Алан обратился к Айзеку, который отозвался протяжным зевком. - Может, и так сойдёт? Без лака.
Передняя прядь чёлки на вид сухая и вместе с тем объёмная, была начесана у самого корня, пышным завитком струилась вдоль лба вплоть до уголка уха, где обрывалась секущимся кончиком. Пара минут на свежем воздухе и этот намёк на укладку опадёт, не оставив и следа.
- Давай, я поищу, что ли... - Айзек поступился к вещевому шкафчик и, переминаясь с ноги на ногу, принялся перебирать разбросанные баночки. - Ну, ты и растяпа... И кстати, вот он, твой лак, - застыл с вытянутым серебристым флаконом в руках, задумчиво вчитывался в цветастую инструкцию применения.
Лидер не поверил своим глазам.
- Но я ведь... Его там не было... Я...
- Ну, мало ли... - пробормотал ещё что-то невнятное и тут же затих.
С минуту Алан крутил флакон в руках, ища в нём обманку или подвох, потом сдернул туго закрепленную крышку, с прежней нерешительность пробно пшикнул куда-то в сторону. Запах резкий, химический, удушающий, тут же смешался с той неимоверной вонью, что царила в душевой. Находиться там стало совсем невыносимо.
- Ну, и долго ты будешь возиться? - Айзек уткнулся носом в рукав рубашки.
- Сколько понадобиться, столько и буду!
- Ты лаком никогда не пользовался что ли?! - риторический вопрос с доброй долей иронии задел за живое и попал прямо в точку. - Подойди сюда.
Алан сделал широкий шаг к парню, тот ловким движением выхватил лак из его рук и хорошенько встряхнул.
- После этого хорошо бы голову сразу под кран. Они запустили новое переиздание. Особая стойкость и усиленный эффект. Окончательно волосы испортишь, и месяц будешь ходить с соломой на голове, так что лучше поскорее его смыть. - Поднявшись на носочки, Айзек вытянул шею и максимально сильно поднял вверх руку. - Наклонись немного, а то я не дотягиваюсь... ага... теперь, нормально...
Голову обдало мощным потоком обжигающего воздуха и Алану подумалось, что волосы наверняка стали дыбом и застыли в таком положении.
- Нууу, - протянул рыжий. - Норм, вроде.
Чёлка стала на удивление гладкой и подозрительно блестящей, пружинила, не распадалась на мелкие пряди и больше не пушилась. Отражение в зеркале довольно улыбнулось, и тёмные зрачки тускло свернули тут же скрытые пелёной ресниц.