- Как я уже говорила, в тот день, Бриана была не в духе, - проговорила девушка, наблюдая как, стакан наполняется шипящей минеральной водой. - Она распахнула окно в нашей комнате и залезла на подоконник с очередными словами о лицемерии и хладнокровии окружающих. Она говорила, что, как и Бетти не видит смысла в своей дальнейшей жизни, какое бы хорошее будущее ей не пророчили. Смеялась. Шутила. Все эти колкости, её выкаблучивание. Это вывело меня из себя. - Мейлин снова опустила глаза и на какое-то время плотно сжала челюсти, будто пыталась пересилить саму себя. - И тогда, я высказала ей всё что думаю. О её поведении, произошедшей трагедии, системе ЦНР, школьных правилах... Я хотела поставить её на место! Заткнуть этот неиссякаемый фонтан яда и издевок. Вы не представляете насколько она меня выбесила! - зубы глухо скрипнули.
Мей закрыла глаза. Её тёмные ресницы дрогнули, застыли в миллиметре от фарфоровой кожи, подернутой вытянутыми тенями. Глубокий вдох.
- Она смотрела не меня как на дуру. Она держала меня за наивную, ничего не смыслящую в людях, идиотку, - голос еле заметно дрогнул. - А я распиналась перед ней, из кожи вон лезла, чтобы донести до неё хоть что-то. Но люди слепы к чужому мнению.
Девушка криво улыбнулась, настороженно посмотрела на Леона, видимо, ждала от него хоть какой-то реакции. Он же оставался без эмоциональным, даже мрачным, без капли бодорства в лице.
- Когда я замолчала, Бриана рассмеялась, сказав, что я не смею указывать ей как жить. Сказала, что, такие как я, не смеют ей указывать. А потом... - Мей осеклась, подняла глаза на психотерапевта, ища в нём то ли поддержки, то ли понимание. - Она произнесла то... что задело меня за живое больше остального. Куда больше остального.
Ручка в руках Леона протяжно щёлкнула.
- Иии... что же?
- Начну немного издалека, - она нервно переминала пальцы рук. - В моей жизни есть единственный человек, которым я искренне дорожу, единственный, кого могу назвать другом. Мой одноклассник и по совместительству лидер нашего класса - Алан75a.
- О, я о нём наслышан, - психотерапевт не стал сдерживать улыбку.
- Так вот, - она продолжила, не обращая внимания на его слова. - Бриана назвала меня подстилкой для Алана и его проблем. Той, о которую он постоянно вытирает ноги, а она продолжает поддакивать и ластиться. И знаете, вполне вероятно, она была права... Это трудно признавать, но со стороны наши отношения действительно выглядят такими. Но это ни в коем случае не вина Алана! - голос в корне изменился. Более высокий, звучный и взволнованный, он сопровождался нежностью и трепетом, что мелькнула в глазах. - Поверьте, Алан действительно хороший человек, в отличие от меня... - и нежность померкла. - Тогда, со злости я толкнула Бриану. Слабо, практически не прикладывая усилий, - медленно, словно в недоумении покачала головой. - Ей не составило труда удержать равновесие. Мало того, она дико рассмеялась, назвав меня психичкой. Но когда она захотела спуститься... то ли споткнулась, то ли ноги заплелись... - снова длительная пауза. - Вы бы видели её лицо в тот момент! Её было не узнать! Я и не думала, что страх так сильно меняет людей! Я могла спасти её. Однозначно. Ни капли не сомневаюсь в этом. Могла ухватить её за руку, любой край одежды... но этого просто не было в моих мыслях! - короткий, глухой смешок с ноткой злорадства. - Я уверена, Вы не верите ни одному моему слову.
Так и есть. Леона съедало ощущение того, что его пытаются обвести вокруг пальца.
- Но мне просто нечего скрывать...
Она поднялась на ноги, дрожа всем телом, до боли сжимая запястья собственных рук. Бледная, с пустым, расплывающимся взглядом тусклых глаз и плотно сжатыми челюстями. Она попятилась назад, сильно ударилась о стул, но, кажется, вовсе не заметила этого. Лишь тонкие пальцы синеющих рук разжались, и склянка с алыми капсулами стремительно полетела вниз, ударившись об пол, разлетелась на множество блестящих осколков.
- Я кое-что не сделала... Мне нужно идти... - голос еле слышный, готовый оборваться протяжным беззвучием. Губы двигались неестественно, не в такт словам, с трудом разжимались, обнажая ряд ровных белоснежных зубов.
Леон мгновенно очнулся, вырванный из транса. Так же быстро вскочил из кресла, пересёк кабинет, слыша, как под ногами хрустит стекло вперемешку с капсулами.
- Увы! Я обязан передать Вас начальству!
Глаза невыносимо болели, расплывался мир вокруг.
- Сколько времени у меня осталось? - прозвучало совершенно невнятно, практически шёпотом.
- Что?
Почувствовал, как собственное лицо искажается в недоумении.